Выбрать главу

Творец счастья

Интермедия 1

— Что-то ты не в духе… Всемогущий лютует опять? — спрашивает вошедшего в некое подобие светлого просторного офиса некое подобие нематериальной субстанции, порхающее под сотканным из облаков потолком.

— Ты же знаешь, как ОН «лютует» обычно, — отвечает симпатичный мужчина в строгом светло-сером костюме, подходя к панели объемного экрана который светится столбиками цифр, человеческими силуэтами и инфографикой. — С добрейшей улыбкой на лице, ОН оповестил всех нас, что если за 3 месяца не поднимем «показатели по счастью», наш отдел расформируют, причем некоторых, включая меня, отправят перерождаться в мирской жизни.

— Ку-у-ул! — порхающая субстанция делает стремительный круг, огибая мужчину.

— Это тебе сейчас холодно или ты в восторге? — говорит тот, провожая взглядом плавно растворяющийся шлейф, тянущийся за субстанцией.

— Я бы хотел снова в тело, — мечтательно произносит это нечто нематериальное, принимая полупрозрачный облик крепкого мужика в одних плавках. — Я бы шашлычка зарубал…

— Смотри, чтобы на этот раз не переродиться в того, из которого тот самый шашлычок и делают, — предостерегает мужчина, которому, видимо, и в нематериальном виде совсем не плохо. — Давай лучше, Мефодий, подумаем, как поднять «уровень счастья».

— А что конкретно сказал Владыка? — заинтересованно спрашивает тот, которого назвали Мефодий.

Мужчина у монитора вздыхает тяжко, водит по экрану рукой, перелистывая страницы, и начинает свой монолог:

— ОН, видите ли, сравнил показатели «счастья населения» западных территорий и наши, остался недоволен, а все потому, что некто «рогатый» все время тычет своим копытом в наш регион и требует сократить расходы энергии на наш «бесполезный Восточный отдел». Там, в западных секторах «уровень счастья» держится примерно на 70-80-ти процентах. А у нас и восточнее — не дотягивает и до 50-ти. Владыка особенно удивлялся моим невысоким результатам. Говорил: «Ну, с Россией-то все понятно. Там всегда все всем не довольны, там всегда все всем не нравится. Но ты со своей территорией чего тормозишь-то? Там у тебя уже 26 лет один и тот же президент, уж он-то за это время там навел образцовый порядок и повысил уровень жизни людей до небес, а ты лентяйничаешь и вместо того, чтобы счастливить народ, в свои онлайн игры все играешь! Возьмись уже за ум! И чтобы через 3 месяца у тебя показатели стабильно за 80 % зашкаливали!»

— Ничего себе, онлайн игры! — обижается Мефодий, опускаясь на плечо мужчины. — Прокачать столько персов до 70-го уровня — это тебе не игры! Эх, Никодим, не ценят нас с тобой! Вот так, напрягаешься всю вечность, а тебе никто доброго слова не скажет…

— Ладно, друг сердешный, чего жаловаться-то? Да и кому?..

— И вообще, что такое СЧАСТЬЕ для людей — фить, одно мгновение, ну или несколько минут… ну, максимум, несколько часов, а потом опять они чего-то хотят и чего-то им недостает. Как добиться стабильных показателей? Ума не приложу…

— Я тоже… — задумчиво чешет затылок тот, кого назвали Никодим. — Вот, глянь чего они хотят, смешно прям.

С этими словами он проводит рукой по экрану и на нем появляется длинный столбик с текстом.

— Все одно и то же, с чем они обращаются к Владыке: «хочу много бабок», «хочу миллион», «пошли мне пару миллионов баксов», «хочу двадцать две девственницы», это тут случайно радикальный исламист какой-то затесался, не обращай внимания, так, дальше смотрим: «срочно нужен мешок денег», «купил лотерейный билет — хочу выиграть миллион», ну этот хоть шанс нам дал — купил лотерейный билет, а остальные… Не знаю, что с ними делать, — качает головой Никодим.

— Давай посмотрим, что там с уровнем счастья наших прокаченных, — предлагает Мефодий, — Они же у нас должны быть радостными до щенячьего визга. У них ведь нет нехватки в миллионах.

— Ты прав, давай начнем с наших персов, — соглашается Никодим и нажимает на экране нужную кнопку. — Вот, например, эти двое: Кирилл и Михаил. Я на них столько лет угрохал, зато глянь, парни, красава просто!

На экране появляются две крутящиеся трехмерные фигуры мужчин, а рядом бежит дорожка их умений, физических и умственных данных, достижения, количество побед и поражений, а также таблицы накопленных знаний и ресурсов.

— Они у нас по всем параметрам почти идеальны, — горделиво констатирует Никодим, пробегаясь взглядом по таблицам. — Мефодий, зацени:

«— привлекательность/красота — 80%

— физическая выносливость — 90%

— активность — 70%

— навыки самообороны — 80%

— обучаемость/совершенствование — 70%

— стойкость духа — 80%

— сопротивляемость неудачам/ защита — 80%

— мораль/порядочность — 60%

— удачливость — 70%

— полезное окружение/друзья — 70%

— сила воздействия на окружающих/внушение — 60%

— удовлетворение жизненных потребностей — 90%

— накопленные материальные ресурсы — 90 %»

Теперь вопрос: что им еще надо для счастья?

— Да, странно… Уровень радости у них не превышает 60 %, иногда поднимается до 70 %, но в данный момент падает к отметке 40 %, — чешет нематериальную бороду Мефодий. — О, постой-ка, Никодим, а что у них там с любвиобильностью?

— Все 80 %, — отвечает мужчина, озабоченно вглядываясь в таблицы на экране.

— А почему не 100 %? — спрашивает Мефодий.

— Потому что 100 % — это уже маньяк, — неодобрительно косится на коллегу Никодим. — 80 % в самый раз. Добавим больше, так потом месяцами придется вылавливать их из женского общежития. Тебе это надо?

Нематериальный летучий Мефодий решительно мотает полупрозрачной головой, мол «нет». Его собеседник видит это движение и одобрительно щелкает языкам, мол «то-то же», а потом, заложив руки за спину, начинает прохаживаться по комнате, рассуждая вслух:

— Хм… Падает показатель счастья, говоришь? Странно. А давай-ка послушаем, что они там говорят, чего просят, о чем мечтают.

«…Бабы — чистое ЗЛО, Мих….» — тут же раздается голос одного из прокаченных персов и Мефодий с Никодимом непонимающе переглядываются.

— Это он про женщин, что ли? — взволнованно взмывает к потолку нематериальная субстанция.

— Видимо, да… — неуверенно отвечает его коллега, а потом припадает к экрану. — Давай-ка посмотрим, что за отношения у него с теми «бабами».

Проходит несколько томительных минут, когда на экране высвечиваются новые данные с таблицами имен, цифр и показателей получения наслаждения.

— Не понимаю… У него с женщинами полный порядок — берет, какую захочет, получает 100 %-ное удовольствие.

— Давай, Никодим, дальше послушаем. Может быть он скажет, что ему не нравится.

Тут же по комнате разносится голос, озвучивающий мысли персонажа по имени Кирилл: «…Бабы — ЗЛО и все как одна шлюхи! Они на нас, на мужиков, бочки катят, мол «раньше были сильные и смелые, заботливые и добропорядочные, а сейчас хилые, подлые и развращенные». А сами что? Сами, вырядятся, как куклы, губы насиликонят и готовы отсасывать за блестяшки, даже у стариков. Где нормальные девушки? Где симпатичные, добрые, честные, стеснительные и скромные? Куда они исчезли? Не видел ни одной. Нету их больше в природе…»

— А-а-а, вот оно что! Ему нужна не такая, которых он легко получает.

— Не понял, — удивляется Никодим. — Он же получает самых-самых. Вот, смотри: красивые лица, упругие формы, тела по высшему стандарту. Что не так?

На экране тут же начинают мелькать фигуры девушек, которые имели близкий контакт с персонажем по имени Кирилл.

— Видимо, не в телах дело, — Мефодий перевоплощается в полупрозрачный объект в виде мозга, чешущего рукой самого себя. — Руководить телом все-таки должен мозг.

— Предлагаешь найти ему какую-нибудь «докторшу околовсяческих наук»?

— Нет, ну зачем же так жестоко? Давай найдем ему симпатичную скромную девушку, но чтобы тонкая творческая натура, чтоб сообразительная была, м-м-м… что еще? А, скромная, нежная, отзывчивая, и чтоб с добрым сердцем.

С этими словами нематериальная субстанция принимает вид сердечка, на котором расцветают ромашки.