Зимой медведи также ложатся в берлогу, где-нибудь под яром, но случается видеть иногда их шатающихся и зимою.
Лисицы, водящиеся здесь, по цвету шерсти, разделяются на три рода: черно-бурые, сиводушки и красные. Черно-бурыми называются черные лисицы, с белою осью на задней части тела. Большая часть из красных лисиц, по цвету своему, ближе подходят к желтым; а сиводушки суть смесь той и другой породы. Черно- бурые и сиводушки водятся на всех, значительной величины, островах (кроме Унимака и Четырехсопочных), а красные везде; и все они живут в норах или ущельях гор.
Лисица и здесь лукава и хитра, как и в баснях. Она умеет изловить и птицу, и мышь, и даже обмануть самого промышленника. Никогда, или очень редко, изловит лисицу тот промышленник, который, постановляя ловушку, не возьмет всех мер осторожности скрыть оную, или оставит хотя малейший признак своего пребывания при ловушке; ибо лисица умеет отгадать ловушку даже и потому только, если, напр., промышленник, идя по тропинке, своротит в сторону для того, чтобы не попасть самому на свою ловушку, и потом опять пойдет по тропинке, то тот же самый маневр сделает и лисица.
Лисицу промышляют двумя способами: т. е. на ружье и клепцами. Последний способ есть самый лучший и самый употребительнейший.
Кляпцы, или клепца, есть выдумка сибирских промышленников, которые принесли ее сюда и передали алеутам; она есть нечто вроде капкана, но не капкан. Кляпцы состоят из трех главных частей: колодки, мотыря и гужей. Колодка есть небольшой (около 8 вершков длиною) отрубок дерева, выдолбленный внутри, насквозь, и на средине имеющий прорезь. Мотырь есть простая палка из крепкого дерева, длиною около 14 вершков, с тремя железными зубками, в два вершка длиною, которые укрепляются на одном конце ее, вдоль по палке на расстоянии З1/2 вершков. Гужи суть свитые из китовой жилы веревки, около 2 вершков толщиною, которые вставляются внутрь колодки и с обеих сторон растягиваются клиньями; отчего они делаются упруги и туги и заменяют собою пружину. В середину гужей и в прорезь колодки вставляется мотырь тем концом, на котором нет зубцов.
Кляпцы утверждаются в землю кольями плотно, подле самих тропинок, по коим обыкновенно бегают лисицы, так, чтобы мотырь зубцами своими лежал на самой средине тропинки. Потом мотырь поднимается и пригибается на землю на другую сторону клепца, и тут настораживается, т. е. прицепляется небольшими двумя палочками к палке, утвержденной в колодке с другой стороны. И за одну из палочек привязывается тонкий снур, переносится чрез тропинку и укрепляется за колышек, вбитый в землю. Стоит только тронуть снур, и мотырь в мгновение ока ударит в землю (или в того, кто коснулся снура) с такою силою, что зубки, набитые на конце его, проходят сквозь кости ноги человеческой на другую сторону[137].
Клепцу скрывают в землю так искусно, что часто и сам промышленник не может приметить ее. Становят их так осторожно, что стараются не уронить на дорогу даже крошки земли, вынутой для клепцы.
Промысел лисиц бывает осенью и зимою, т. е. в то время, когда лисицы бывают выходны, т. е. получат новую и полную шерсть. Начало промысла бывает обыкновенно с 5 октября и продолжается до тех пор, пока не выпадет снег.
Когда слишком велики бывают снега, то становят кляпцы и в снег, что называется промышлять сугробами, но здесь не утаивают снур, а к концу его прикрепляют наживку, т. е. кусок китовины или мяса. Впрочем, промысел этот бывает очень неудачен, потому что только самая неопытная и умирающая с голоду лисица захочет поживиться даровщиною; а старая, даже и при голоде, не коснется наживки.
Обыкновенный промышленник может управиться с 10 кляпцами, а более деятельный и гораздо с большим числом.
О средствах к умножению лисиц сказано выше (Час. I.).
Песец есть того же рода, что и лисица, но отличается от нее шерстью и величиной; они меньше лисиц. По цвету шерсти, песцы разделяются на два рода: голубых и белых. Песцы водятся только на островах Прибылова и преимущественно из них — на острове Св. Георгия, где их так много, что на таком малом пространстве, как остров Св. Георгия, каждогодно промышляют их до 1500. Говорят, что, при открытии островов Прибылова, на них были одни только голубые песцы и отличной доброты по шерсти; потом, в какую-то одну зиму, принесло на льдах белых песцов, которые скоро расплодились и, составя новую породу, начали портить породу голубых песцов, так что ныне шерсть голубых песцов уже не стоит названия голубых, и их можно ныне называть дымчатыми.
Песец так же хитер, как и лисица, и, как рассказывают промышленники, едва ли не сметливее ее. Они так иногда бывают смелы, что отнимаюсь, напр. мясо из рук женщины, когда она моет; и почти нисколько не боятся угроз ее.
137
В первое время, когда алеуты не умели обращаться с кляпцами, очень многие из них ловили сами себя. Примеч. Автора.