XLVI. Рапорт Иннокентия Епископа Камчатского, Курильского и Алеутского, Святейшему Синоду, об освящении двух новых церквей и одного придела и строящихся новых церквах[48]
В конце прошедшего 1844 года и в течение 1845 года, по Камчатской епархии освящены вновь выстроенные деревянные две церкви и один придел вновь пристроенный.
1-я церковь освящена в Камчатке в Палланском селении, вместо упраздненной Лесновской (о чем я имел честь доносить Святейшему Синоду от 29-го мая 1843 г. за № 203 и от 30-го ноября 1844 года за № 146).
Окончательных сведений о построении сей церкви еще не получено; но из последнего рапорта священника Стефана Вениаминова[49] (который быль и главным строителем) видно только, что а) самая церковь приведена к окончанию как снаружи, так, большей частью и внутри; остается достроить колокольню и внутри стены обить парусиной; б) церковь освящена 16-го февраля сего 1845 года, во имя того же Святителя Николая, что была и в Лесном селении, и в) на построение церкви сумма употреблялась частью церковная, а по недостатку оной священник употреблял собственные деньги.
Подробнейшее же донесение о семь деле буду иметь честь представить Святейшему Синоду по личном обозрении сей церкви.
2-я церковь освящена в Америке в Нушегаке во имя Святых Апостолов Петра и Павла; она выстроена из старой небольшой часовни с равной ей по величине новой постройкой из нового леса, — усердием частью туземцев, частью Компанейских служителей и большей частью усердием, и непосредственным содействием самого причта.
3-й придел на Кадьяке освящен 15-го декабря 1844 года, во имя Святителя Иннокентия. Придел сей начал строиться усердием бывшего там правителя Иннокентия Костромитинова, а докончен и отделан попечением нынешнего правителя г. Мургина. Пристройка, где устроен придел, начата строиться с той целью, чтобы в ней хранить ризницу; и потому работники при семь деле были большей частью Компанейские — и оттого главное пожертвование надобно отнести к Компании и г. Главному Правителю Этолину, который позволил употреблять для сего Компанейских работников и Компанейские материалы.
Кроме того а) в прошедшем 1844 году, мая 21-го дня, заложена новая церковь в Ямской Крепосце, во имя Благовещения Пресвятой Богородицы, и корпус вполовину уже отстроен, усердием прихожан, б) в том же 1844 году начата строением новая церковь в Тауйске, вместо существующей, сделанной из часовни, также усердием прихожан, которые в будущем 1846 году надеются совсем отстроить; в) в том же 1844 году дано позволение заложить церковь в Аяне, новой Компанейской фактории, на берегу Охотского моря, от Охотска в расстоянии до 500 верст к югу.
Начатая же строением деревянная (как и все прочие) церковь в Мильковском селе в Камчатке, еще с января 1839 года, по донесению Благочинного, едва ли будет готова и к 1848 году. Главной причиной такой медленности есть неусердие главного строителя сельского старосты. В бытность мою ныне в Петропавловске, я велел тому же Благочинному сделать приличное понуждение к окончанию постройки сей церкви.
О чем Святейшему Правительствующему Синоду долг имею покорнейше донести. (Дело Архива Св. Синода 1846 а. 479).
XLVII. Путевой журнал Иннокентия Епископа Камчатского, Курильского и Алеутского, веденный им во второе путешествие его по Камчатке и Охотской области в 1846 и 1847 годах[50]
Главная цель предпринимаемого мной второго путешествия по Камчатке и Охотской области есть общая, т. е. обозреть епархию по обязанности через четыре года после первого моего путешествия; кроме того, были и другие к тому причины, одной из них было то, что по слухам, до меня стороной дошедшим, на некоторых Охотских священников поступили жалобы ревизовавшим по Высочайшему повелению Сибирь в прошедших годах[51].
Во избежание излишних трудностей в пути, мне надлежало бы и представлялся удобнейший к тому случай из Новоархангельска отправиться прямо в Петропавловск — с тем, чтобы в течение лета осмотреть церкви, находящиеся в селениях, лежащих по реке Камчатке, и тем сократить и облегчить зимний путь. Но так как в прошедшем 1845 году никто из лиц, требованных мной для Новоархангельского собора и для семинарии не прибыл, а в нынешнем году они непременно должны быть, а с ними и ректор для семинарии, а потому, чтобы сделать и сколько возможно более правильные о них распоряжения, касательно определения их к должностям, по разным частям, — необходимо было увидеть их лично, прежде чем начну мое путешествие, которое должно продолжаться до сентября 1847 года; а видеть я их мог не иначе, как в Аяне (новой фактории Компанейской на берегах Охотского моря) и потому я решился отправиться прежде в Аян, а оттуда уже в Петропавловск и далее чрез Гижигу и Охотск в Аян.
50
Журнал этот был представлен Преосвященным Иннокетием в Св. Синод из Аякского порта от 14 июля 1847 г. при рапортах: 1) от 20 марта 1847 г. из Охотска следующего содержания: «Отправясь из Америки 9 мая прошедшего 1846 года, 24 июня того же года прибыл в залив Аяк; отправясь отсюда 31 июля на том же Р. А. Компании судне, на котором прибыл я из Америки, 14 августа, прибыл в Петропавловский порт; пробыв здесь до 27-го августа отправился я на казенном боте в Нижнекамчатск, куда и прибыл 30-го числа. Потом в ботах отправился вверх по реке Камчатке и, посетив находящиеся на ней церкви, 26 сентября прибыл я обратно в Петропавловск, проехав под конец пути на верховых лошадях более 300 верст.
Дождавшись первого зимнего пути, 14-го ноября отправился из Петропавловска в зимних экипажах по западному берегу Камчатки, и по причине ненастной погоды, в Гижигу я мог прибыть только 20 января. Пробыв здесь до 6 февраля, отправился далее и 12 марта прибыл в Охотск, и на днях располагаю отправиться в Аян.
И так как, по причине наступления весны, зимний путь в Аян по реке Мае, становится опасен, то я по необходимости должен буду ехать обыкновенной Охотской дорогой, и потому несколько пути должен совершить в пределах Иркутской Епархии, а может быть заехать в село Амгу, и в случае какого-либо праздника, отслужить в тамошней церкви; да не вменится мне сие последнее, если оно и случиться, в нарушение церковных правил.
О чем Святейшему Синоду честь имею донести».
2) от 10 июня 1847 г. из Аянского порта: «В дополнение к рапорту моему, от 20 марта сего 1847 года, за № 220, касательно моего путешествия, честь имею донести Святейшему Синоду, что я отправился из Охотска 26 марта и 5 мая прибыл в Аян Причиной такой продолжительности в пути в первых, как мной было изложено в вышеупомянутом рапорте, было то, что я по позднему времени вместо прямого пути по реке Мае должен был ехать по обыкновенной Охотской дороге, почти до самого Якутска, а во-вторых, наступившаяся весенняя распутица, которая заставила нас бросить наши экипажи и ехать на простых нарточках или дровнях и ехать и на лошадях, и на оленях, и на собаках.
По Охотской дороге я доезжал до станции, называемой Чуропча, в 140 верстах от Якутска, и оттуда поворотил в Амгинское село, проезжая чрез Якутские Улусы, где по предварительному обязательному для меня распоряжению г. Начальника Якутской Области, я не встретил никаких препятствий к моему проезду со свитой. — В Агмянском селе, куда я прибыл 6 апреля утром, я, по случаю воскресного дня отправлял Литургию в подкрепление моей немощи духовной и телесной (здесь я и вся свита моя подверглись общему поветрию бывшему в Якутске и хворали три дня.) 6 ч. апреля отправились мы из Амги по Аянской дороге сначала на переменных лошадях, потом на протяжных, далее на оленях, а наконец от урочища Нелькан до Аяна переехал я на собаках в четыре дня.
По прибытие моем в Аян, вскоре открылся случай побывать мне в Удском краю, и я им воспользовался. 6-го июня отправился я со всей свитой моей на Компанейской байдаре, шедшей в Удское, отстоящее от устья в 90 верстах. 23 ч. отправились обратно на устье Уды, 26 с устья морем на байдарках в Аян, и 5 июля прибыли туда благополучно, где уже стояли два Компанейские судна, готовые к возвращению в Ситху; на одном из них „Ситхе“, пришедшем ныне вокруг света из Кронштата, я намерен отправиться в Америку около 20 июля.
Подробные же сведения о моем путешествии, и причины, почему я решился не остаться в Охотске, а ехать весной в распутицу в Аян и совершить лишнего пути более 1200 верст и проч. изложены в моем путевом журнале, который при сем честь имею Святейшему Синоду представить». (
51
Впоследствии оказалось, что точно было жалобы на двух священников: Анадырского миссионера и Ямского священника, но маловажные, и потому вероятно и оставлены ревизорами без дальнейших следствий; по крайней мере и по сие время не имею о том никакого уведомления ни откуда.