Этот спор, впрочем, куда обширнее, чем может или должно вместить письмо. Скажу лишь, что по весеннему равноденствию всегда можно безошибочно определить, какой месяц первый, а какой последний в соответствии с движением луны. По мнению всех восточных народов и особенно египтян, которые в вычислениях держат пальму первенства[1091] среди всех ученых, обычно равноденствие приходится на двадцать первое марта, что показывают и наблюдения солнечных часов. Луна, ставшая полной перед равноденствием, то есть в четырнадцатый или пятнадцатый день луны, принадлежит последнему месяцу предыдущего года и не подходит для празднования Пасхи. Но луна, которая становится полной после равноденствия или в сам его день, принадлежит уже первому месяцу, и в этот день, как нам точно известно, древние отмечали Пасху; мы же должны отмечать ее в следующее воскресенье. Причина этого указана в Бытии: «И создал Бог два светила великие: светило большее для управления днем и светило меньшее для управления ночью»[1092], — или в другом варианте: «светило большее начинает день, и светило меньшее начинает ночь»[1093]. Как солнце, восходя на востоке, своим появлением впервые возвещает о равноденствии, а на закате его также с востока появляется луна, так год за годом первый лунный месяц следует в том же порядке, и полнолуние в нем случается не перед равноденствием, но в сам день равноденствия, как было в начале, или же после него. Но если полнолуние хоть на один день предшествует равноденствию, то приведенные нами причины ясно показывают, что это полнолуние приходится не на первый месяц нового года, но на последний месяц старого и, как мы сказали, не подходит для празднования Пасхи.
Если ты желаешь знать также мистическую причину этого, то мы отмечаем Пасху в первый месяц года, который называется также месяцем нового, потому что празднуем таинство Воскресения Господня и нашего освобождения, когда наши души и сердца обновляются небесной любовью. В третью неделю месяца мы отмечаем ее потому, что сам Христос, обещанный прежде закона и во времена закона, пришел со славою в третьем возрасте мира[1094], чтобы быть закланным за нас, как наша Пасха; и потому, что после Его страстной смерти он восстал из мертвых на третий день, и велел назвать его Господним днем, и пожелал, чтобы каждый год в этот день отмечался пасхальный праздник Его воскресения; и еще потому, что мы лишь тогда истинно празднуем, когда стремимся встретить Пасху, то есть Его переход от мира к Отцу, с Ним–с верою, надеждой и любовью. Мы помещаем полнолуние пасхального месяца после равноденствия, что означает, что сперва солнце должно сделать день длиннее ночи, а потом луна может явить миру свой полный круг, потому что «Солнце правды с исцелением в крылах Его»[1095], то есть Господь Иисус, превозмог всю тьму смертную триумфом Своего воскресения. Так, взойдя на небеса, он основал Свою Церковь, которую часто уподобляют луне, полной глубинным светом милости, и ниспослал ей Дух Свой. Этот замысел нашего спасения имел в виду пророк, сказавший: «Солнце и луна остановились на месте своем»[1096].
1091
Буквально palma tenent (держат пальму). Пальмовая ветвь в античности была символом не только мира, но также победы и превосходства.
1093
Здесь Беда цитирует один из латинских переводов Библии (или ее частей), предшествовавших переводу блаженного Иеронима.
1094
Беда заимствует у Августина теорию о трех возрастах мира–возраст или эпоха до ниспослания закона, возраст закона и возраст благодати, начавшийся после воплощения Иисуса Христа.
1095
Мал. 4:2. В Синодальном переводе вместо «в крылах» (in pinnis) — »в лучах», что повторяет ошибку церковнославянского перевода. В еврейском оригинале и греческом переводе-»крыла».