Т. Ю. Бородай [142]
Предисловие
Разных природу вещей и быстротекущего века (saeculum) Коротко я изложил в главах совсем небольших, Раб божий Беда; а ты, мой читатель, прошу, со вниманьем К вечному дню – в небеса мысли свои обрати.
Глава 1. О четырех сторонах Божьего творения[2]
Божественная деятельность, которая сотворила мир[3] (saeculum) и управляет им, может быть разделена и рассмотрена с четырех точек зрения. Во-первых, мир сей в замысле слова Божьего не создан, а существует вечно: по свидетельству апостола, Бог предназначил нас для царства до начала времен этого мира. Во-вторых, элементы мира были сотворены в бесформенной материи все вместе, ведь [Бог], живущий вечно, создал все одновременно. В-третьих, эта материя в соответствии с природой одновременно созданных [элементов] не сразу преобразовалась в небо и землю, но постепенно, за шесть дней. В-четвертых, все те семена и первопричины [вещей], что были сотворены тогда, продолжают [развиваться] естественным образом на протяжении всего времени, в какое существует мир, так что вплоть до сего дня продолжается деятельность Отца и Сына, до сих пор кормит Бог птиц и одевает лилии.
Глава 2. О формировании мира
В самом начале творения были созданы из ничего небо, земля, ангелы, воздух и вода. Затем в первый день был создан свет, также из ничего; во второй день – твердь посреди вод; на третий – образ моря и земли вместе со всем тем, что в земле [143] укоренено; на четвертый – небесные светила, из того света, что был создан в первый день; на пятый день – морские рыбы и птицы; на шестой – все прочие земные животные и человек, плоть которого была создана из земли, а душа из ничего; он был поселен в раю, который Господь насадил с самого начала. В седьмой же день отдыхал Господь – но не от управления сотворенным, ведь благодаря ему мы только и можем жпть, двигаться и существовать, – а от творения новой субстанции.
Глава 3. Что такое мир
Мир есть вся вселенная, состоящая из неба и земли, образованная из четырех элементов и имеющая форму абсолютного[4] шара; [образована же она] из огня, которым светят звезды; из воздуха, которым дышит все живое; из вод, опоясывающих и пронизывающих землю и тем самым укрепляющих ее; наконец, из самой земли, которая пребывает в равновесии в середине и в самом низу мира[5] и висит неподвижно, в то время как вселенная вращается вокруг нее. Названо же небо словом mundus из-за своего совершенного и абсолютного изящества, так же как и у греков оно называется KOSMOS из-за своей красоты[6].
Глава 4. Об элементах[7]
Элементы отличаются друг от друга как по природе, так и по месту. Земля как самая тяжелая, [веса] которой не может выдержать никакая другая природа, занимает самое нижнее место во всем творении. Вода настолько же легче земли, насколько тяжелее воздуха, так что если в каком-нибудь сосуде воздух смешается с водой, он тут же поднимается наверх как более легкий. Так же и огонь, если его зажечь, всегда стремится вверх — к своему естественному месту над воздухом. Но чтобы до этого не дошло (т. е. чтобы он не улетел весь. — Т. Б.), вокруг огня разлит мягкий, сжимающий его воздух, в котором огонь рассеивается и ослабевает[8]. [Элементы] смешиваются между собой благодаря некоторой общности природы следующим образом: сухая и холодная земля [смешивается] с холодной водой, а вода, холодная и [144] влажная, — с влажным воздухом; затем влажный и горячий воздух — с горячим огнем, а горячий и сухой огонь соединяется с сухою землею. Поэтому мы и видим огонь на (в) земле, а облака и земнородные тела — в воздухе.
2
Схолия Иоанна Новиомага (предположительно XI – начало XII в.); «Беда начинает с сотворения мира, ибо всем известно, что в начале был создан Богом мир, как написано в книге Бытия: "В начале создал Бог небо и землю". “Oднако в теологических исследованиях часто ставится вопрос о продолжительности творения, а именно, в течение какого времени Бог был занят творением, потому что книга Бытия повествует то как бы о моментальном творении, то о EXAMEROS (шестидневном). Чтобы Писание не показалось противоречивым, Беда перечисляет четыре вида Божественной деятельности, способствовавшие созданию мира, первый был присущ Богу от века. Ибо теологи считают еретическим утверждение, что у Бога может появиться какой-либо новый замысел: ведь за признанием, что однажды он принял какое-то благое решение, следует вывод, что срежде он либо не знал этого, либо не хотел делать; ни то, ни другое [утверждение] к Богу не может относиться. Следовательно, сотворение мира вечно пребывало в Божественном разуме. Именно это и имеет в виду Иоанн, говоря в самом начале своего Евангелия: “Bначале было Слово". (...) Второе творение – это то, когда Бог в единый момент создал из ничего бесформенную материю (materia), т. е. некую смесь (silva) всех вещей, которые образовались после того, как к ним присоединились их формы; относительно этой бесформенной материи, в которой не было ни одного вида какой-либо вещи, ни дерева, ни человека, языческие философы утверждали, что она никогда не была создана, и называли такую смесь хаосом, что означает “смешение материи всех вещей". “Oб этом втором творении сказано: “Бог, живший вечно, создал все одновременно", т. е. создал материю всех вещей. Третье творение то, которым Бог создал формы и образы вещей, так что появились небеса, земли, моря, деревья, животные; эта деятельность происходила во времени, а именно, по свидетельству Писания, в течение шести дней. Четвертое творение – то, которым Бог изо дня в день сохраняет мир, управляет им и животворит его...»
3
Лат. «saeculum» трижды переведено как «мир» – слово, первоначально и в прямом смысле обозначавшее «человеческий век, поколение» (в отличие от греческого genea, обозначавшего средний срок смены одного поколения другим – 30 лет); «saeculum», со осределенио жензорина, означает наибольшуо сродолжительность человеческой жизни от рождения до смерти (Nat., 17,2), т. е. сриблизительно 100 лет. Второе значение, близкое нашему слову «век» – «saeculum civile», – осределенный период в жизни государства и общества, который должен составлять примерно 100 лет и начало которого непременно должно быть возвещено каким-нибудь необычайным знамением. У христианских авторов «saeculum» стало обозначать «век сей» в противоположность «вечности», в которой пребывает Бог и все Божественное; в природе «мир сей» – все тварное и предназначенное смерти в противоположность нетленному, в морали – суетное «мирское» в противоположность истинному и духовному (ср. производные от этого корня «секулярный» и «секуляризация»).
4
Глосса Бридиферта (монаха того же монастыря Петра и Павла, где жил Беда; предположительно IX в.): «Абсолютной называется такая вещь, которая ни на чем не висит и ни на что не опирается. Поэтому мы, например, не абсолютны: ведь мы опираемся на землю» (толкование, опирающееся на прямое значение латинского причастия «absolutus» — «отделенный, не связанный»).
5
В традиционной античной, т. е аристотелевской, космологии центр мира — это одновременно и самая «нижняя» его точка, а периферия — это «верх». Понятия «верха» и «низа» (так же как «правого» и «левого») никогда не были в античности и средние века понятиями чисто относительными, как сейчас; поэтому положение («естественное место») каждой вещи в космосе отпосительно этих «верха», «низа», «правого» или «левого» входило также и в ее субстанциальную характеристику.
6
«Mundus» («мир», слово, которым латиняне всегда переводили греческое «космос») означает по-латыни также «чистый, опрятный, изящный, тонкосделанный, украшенный», а греческое KOSMOS (мир, а также «наряд, «украшение») происходит от KOSMETU — «украшать».
7
Глосса Бридиферта: «Мы называем их либо “elementa", либо “elimenta", либо “hylementa". “Elementa" — от “elevare" (поднимать, строить, собирать), поскольку из них все состоит, “Elimenta" от “elimere" (обрабатывать, отделывать), что означает “формировать" (formare), поскольку из них все сформировано. “Hylementa" — от “Hyle", т, е. бесформенная материя, из которой образованы все виды вещей».
8
Схолия Иоанна Новиомага: «Существует несколько родов огня, которые я здесь кратко перечислю. Первый — это светящийся небесный огонь, который согревает, сохраняет и животворит. Второй находится под Луной, между нею и слоем облаков; он не светит и представляет сооой что-то вроде горячего воздуха — точно так же не светят раскаленные угли после того, как погасло пламя, если не получат какой-либо материи, которой смогли бы передать пламя своего жара; именно из-за этого загораются иногда под небом внезапные огни, которые одни называют падающими, а другие — летучими. Третий род огня — это тот, которым пользуется род человеческий для различных целей и надобностей. Четвертый же — тот, который с величайшим искусством вдохнула природа в предметы как одушевленные, так и неодушевленные, ибо ничто не лишено тепла вовсе».