IV. 35) Но я обращу свои хвалы и песни к Царю и Хранителю вселенной, к неисчерпаемому источнику всяческих благ, Который также и в этом уврачует мою немощь и один только может восполнить недостающее, Предстателю душ наших и Спасителю, перворожденному Его Слову, Создателю и Управителю вселенной. 36) Он один только может возсылать постоянныя и непрерывныя благодарения Отцу как за Себя самого, так и за всех, и именно за каждаго в отдельности и за всех вместе. Поелику Он есть истина и мудрость и сила самого Отца всего, к тому же еще Он в Нем есть и с Ним соединен совершенно, то невозможно, чтобы Он или по забывчивости, или по недостатку мудрости, или по какой–либо немощи, подобно тому, кто отчужден от Него, или не достиг [необходимой] силы, чтобы восхвалить Его, или и достиг, но добровольно, — чего не следует говорить, — оставил Своего Отца без восхваления. 37) Он один может совершеннешим образом исполнить всю надлежащую меру приличествующей Ему хвалы. Тот, Кого Сам Отец всего соделал единым с Собою, когда чрез Него едва не превзошел Самого Себя[28], должен в совершенно равной степени некоторым образом почитать Его, как и Сам почтен от Него. Это именно, первый и единственнный из всего сущаго, получил в удел Его Единородный, сущий в Нем Бог Слово; 38) тогда как все прочие только таким образом можем быть благодарными и благоговейными, если на Него одного перенесем и возложим всю силу достойнаго благодарения за все [дарованныя] нам от Отца благодеяния, исповедуя, что это единственный путь богопочтения — чрез Него во всем памятовать о Виновнике вселенной. 39) Поэтому именно должно исповедать, что для благодарения и хвалы постоянному промышлению обо всем, которое печется о нас как в величайшем, так и в самом незначительном, и которое привело нас сюда, вполне достойно и достаточно [только] то слово, которое есть совершеннейшее и живое и духовно оживляющее Слово перваго Ума.
40) Мое же настоящее слово да будет благодарением из всех людей преимущественно сему мужу. Но если бы я захотел [с моею благодарностью] взойти несколько выше, то между теми, которые невидимы, стоят ближе к божественному и пекутся о людях, [она должна быть обращена к] тому, кто, по некоему великому определению, получил в удел с детства руководить мною, воспитывать и опекать меня, 41) святый ангел Божий, пасущий меня от юности моей, как говорит тот боголюбезный муж[29], имея в виду, очевидно, своего ангела. 42) Однако он, будучи великим, соответственно с этим получил величайшаго [ангела], или кого иного, кто бы он ни был, или, может быть, даже самого великаго совета Ангела[30], общаго Спасителя всех, чтобы, ради его совершенства, Он был исключительным его хранителем, — я этого точно не знаю: во всяком случае он в своем ангеле, кто бы он ни был, и познал и прославлял нечто великое. 43) Я же [познаю и прославляю] кроме общаго Правителя всех людей также и этого [моего], который является руководителем собственно меня неразумнаго. 44) Он, будучи для меня во всех отношениях добрым воспитателем и попечителем, — не так, как мне или кому–либо из дорогих мне родственников кажется полезным, ибо мы слепы и не видим ничего из того, что пред нами, так что не можем и судить о том, что нам нужно, но как представляется полезным ему, так как он провидит все, что относится к пользе нашей души, — издавна, а также и теперь еще воспитывает, наставляет и руководит, 45) и, кроме всего прочаго, он устроил так, что я пришел в соприкосновение с этим мужем, — это безспорно самое важное, — который ни по происхождению и по человеческой крови не состоит в родстве со мною, ни иначе не был в близких ко мне отношениях, не жил и в соседстве со мною, ни даже вообще не был единоплеменным, — это именно то, что для многих людей бывает поводом дружбы и знания [друг друга], — 46) но, кратко сказать, он с истинно божественною и мудрою предусмотрительностью привел в одно место нас незнакомых, различных по происхождению, взаимно чуждых, совершенно далеко стоящих друг от друга, насколько находящияся между нами народы, горы и реки разделяют нас, и устроил эту спасительную для меня встречу; и это, я думаю, он предусмотрел, по данному свыше указанию, от самаго моего рождения и детства. 47) Α каким образом, слишком долго было бы повествовать, не только, если бы я стремился быть точным и ничего не пропустить, но даже если бы я, опустивши многое, захотел сжато упомянуть только о немногом из самаго главнаго.
28
δἰ οὐτοῦ μονονουχὶ αὐτὸς αὑτὸν ἐϰπεριϊών.