33. На девятом году правления короля Хильдеберта[1039] король Гунтрамн сам возвратил своему племяннику часть Марселя[1040]. Из Испании вернулись послы короля Хильперика и сообщили, что саранча сильно опустошила провинцию Карпитанию[1041], так что не было ни одного дерева, ни одного виноградника, ни леса, ни плодов, ни зелени, которых не уничтожила бы саранча. Послы также сообщили, что та вражда, которая возникла между Леовигильдом и его сыном[1042], сильно возросла. Кроме того, ту местность опустошала чума, но больше всего она свирепствовала в городе Нарбонне[1043], и только на третий год после того, как она появилась там, она затихла. И когда люди, спасшиеся от нее бегством, возвращались, они вновь заражались этой болезнью. Город Альби также сильно пострадал от этой эпидемии[1044]. В эти дни в полночь, со стороны севера появились многочисленные лучи, испускающие сильный свет; сойдясь, они вновь разошлись, пока совсем не исчезли. Но и само небо с северной стороны так сильно сияло, словно забрезжила утренняя заря.
34. Из Испании вторично прибыли послы, они привезли подарки и получили согласие короля Хильперика на то, что он, следуя прежнему решению, отдаст в жены свою дочь[1045] сыну короля Леовигильда. Наконец когда было дано согласие и все было решено, посол вернулся обратно[1046]. Но короля Хильперика, выехавшего из Парижа и направлявшегося в область Суассона, постигло новое горе. А именно: его сын, которого крестили в прошлом году, заболел дизентерией и скончался[1047]. Вот, значит, что означала та появившаяся из облака молния, о которой мы упоминали выше. Тогда они с превеликим плачем вернулись в Париж и, похоронив младенца, отправили за послом, чтобы он возвратился и чтобы таким образом отсрочить заключенное соглашение, причем король сказал: «Видишь, в доме моем рыдание, и как мне справлять свадьбу дочери ?» Одновременно он пожелал послать туда другую дочь[1048], которая у него была от Авдоверы и которую он поместил в монастырь в Пуатье. Но она отказалась, главным образом потому, что этому противилась [180] блаженная Радегунда, говорившая: «Не подобает девушке, посвященной Христу, вновь возвращаться к земным радостям».
35. Но во время этих событий королеве сообщили, что ребенок, который умер, был отнят у них колдовством и заклинаниями и что префект Муммол[1049], которого уже давно ненавидела королева, знал об этом. А было так: когда Муммол пировал в своем доме, кто–то из придворных горевал о любимом им ребенке короля, заболевшем дизентерией. Префект ему ответил: «У меня есть такой настой травы, что если больной дизентерией ее выпьет, то, в каком бы он ни был опасном состоянии, вскоре выздоровеет». Когда об этом сообщили королеве, она сильно разгневалась. Между тем после того как в городе Париже схватили женщин, королева пытала их и вынудила их под плетью признаться в том, что им известно. И те сознались в том, что они колдуньи, и сказали, что они виновны в смерти многих, прибавив то, чему я никак не могу поверить: «Мы отдали, — сказали они, — жизнь сына твоего, чтобы сохранить жизнь префекту Муммолу». Тогда королева, подвергнув женщин еще более тяжелым пыткам, одних убила, других сожгла, третьих колесовала, переломав им кости. После этого королева вместе с королем удалилась в виллу Компьен, где она рассказала о префекте все, что узнала.
Послав слуг, король приказал привести его [Муммола]. Расспросив его, он повелел заковать его и подвергнуть пыткам. Муммола подвесили к балке со связанными за спиной руками и в таком положении допрашивали, [выпытывая], что он знает о колдовстве. Но он ни в чем не признался из того, о чем речь шла выше. Однако он сказал, что часто получал от этих женщин притирание и питье, за которые он получал от короля и королевы благодарность. И вот когда его освободили от наказания, он позвал к себе слугу палача и сказал: «Передай моему господину, королю, что я не чувствую никакой боли от тех пыток, которым меня подвергли». Услышав это, король сказал: «Не правда ли, ведь он и есть колдун, если нисколько не пострадал от этих пыток». Тогда его растянули на дыбе и стегали треххвостками, покуда не выдохлись сами истязатели. После этого они загнали ему иголки под ногти на руках и ногах. И когда тело было уже в таком положении, что над ним занесли меч, чтобы отрубить голову, королева добилась для него жизни. Но за этим последовало унижение не меньшее, нежели смерть. А именно; его положили на повозку и отправили в город Бордо, откуда он был родом, отняв у него все имущество. По дороге с ним случился удар, и он с трудом доехал туда, куда ему было приказано. Но вскоре он испустил дух.
1040
…король Гунтрамн сам возвратил своему племяннику часть Марселя. – Часть Марселя находилась под властью Гунтрамна. См. кн. VI, гл. 11 и прим. 54 к кн. VI.
1041
…саранча сильно опустошила провинцию Карпитанию… – В верховье реки Тахо около Толедо, в Испании.
1042
…та вражда, которая возникла между Леовигильдом и его сыном… – См. кн. VI, гл. 18. 29.
1043
…ту местность опустошала чума, но больше всего она свирепствовала в городе Нарбонне … – Нарбонн находился тогда еще под властью вестготов и потому считался испанским. В 759 г. он был присоединен к Франкскому государству.
1045
…они… получили согласие короля Хильперика на то, что он… отдаст в жены свою дочь … – См. кн. V, гл. 38; кн. VI, гл. 16.
1046
…посол вернулся обратно. – Выше Григорий говорит о послах во множественном числе, здесь же — только об одном; видимо, другие его только сопровождали.
1048
…он пожелал послать туда другую дочь … – Т. е. в Испанию Базину. О Базине см. кн. IX. гл. 39.
1049
…префект Муммол… – Не следует путать префекта Муммола с часто упоминаемым Муммолом, герцогом короля Гунтрамна.