преподобный
Григорий Синаит
Творения
Ищи Господа на пути, то есть в сердце, посредством осуществления заповедей. Когда слышишь слова Иоанна Крестителя, повелительно зовущего всех приготовить дороги и выпрямить пути, то подразумевай здесь указание на заповеди сердца и дела. Невозможно путём заповедей и непогрешительного подвига идти правильно без сердечной правоты.
[Краткие] сведения [о жизни и деятельности преподобного Григория Синаита]
Святой отец наш Григорий был пострижен в монашество на горе Синай и потому назван Синаитом. Он пользовался большой известностью в правление [Византией] Андроника Палеолога, около 1330 года. Придя [с Синая] на Афонскую гору и обходя [афонские] монастыри и пустыни, он нашёл там многих [подвижников], украшенных мудростью и чистотой нравственности. Но они упражнялись только в деятельной жизни и были неопытны в охранении ума, безмолвии и созерцании настолько, что этих наименований даже не понимали. В скиту Магула, расположенном против монастыря Филофея, [Григорий Синаит] нашёл, [впрочем], трёх иноков, несколько занимавшихся созерцанием. Имена их — Исаия, Корнилий и Макарий. Воспламеняемый божественной ревностью, [преподобный] не только отшельников, но и в киновиях учил всех трезвению, хранению ума и умной молитве. Сверх того в пределах Македонии он построил три великие лавры, проходил через многие местечки и увещевал всех своими божественными наставлениями совершать умную непрерывную молитву. Благодаря этому он обратил [ко Христу] многих грешников, сделал их из недостойных достойными, почему был причиной получения ими наследия избранных. Жизнь [Григория Синаита] подробно описал его ученик святейший патриарх Каллист. Как при своей жизни [преподобный] был преимущественно всеобщим знаменитым учителем священного трезвения, так и по кончине руководит к нему же с помощью своих настоящих[1] писаний. [Последними] он наилучшим и совершеннейшим образом вводит в тайны искусства[2] умной внутренней молитвы, показывает страсти и чистые[3] добродетели и возвещает то, какие признаки благодати и какие — прелести. Вообще эти творения [Синаита], как никакое другое сочинение, весьма полезны и новоначальным, и средним, и совершенным [аскетам]. А каково скрытое в них духовное богатство и как оно велико — узнает внимательно прочитавший их. Он [по поводу] приобретения [названного богатства] возрадуется подлинно неописуемой радостью.
I. Весьма полезные главы иже во святых отца нашего Григория Синаита, расположенные акростихами
[Общий] акростих их следующий:
Различные слова о заповедях, догматах, угрозах и обетованиях, а также о помыслах, страстях, добродетелях; сверх того о безмолвии и молитве.
1 Быть до некоторой степени разумным или сделаться чистым и нетленным по природе, как было прежде, невозможно [теперь человеку] вследствие господства [над чистотой] чувственных неразумных навыков, а [над нетлением] — состояния растления плоти.
2. По природе разумны одни лишь те, которые сделались святыми благодаря чистоте. Чистого разума не имел никто из мудрых в слове, омрачивших от начала[4] разумную силу помыслами. Материалистический же и многоречивый[5] дух мудрости этого мира, приводя [человека] словами к широте знания и помыслами к наидичайшим рассуждениям, созидает [себе в них] убежище, терпя недостаток в существенной мудрости, созерцании и в единичном и нераздельном знании.
3. Ве́дение истины полагай собственно в благодатном чувстве её. Остальные же мысли[6] следует именовать выражениями представлений [истины] и показателями её предметов.
4. Утрачивающие благодать терпят это за неверие и беспечность и вновь находят её [то есть благодать] посредством веры и усердного искания. С помощью этих [последних] они [нравственно] всегда подвигаются вперёд. От противоположных же им [неверия и беспечности] возвращаются назад совершенно.
5. Есть близкое сходство в том, быть ли мёртвым или бесчувственным, ослеплённым ли разумно или не видящим телесно, так как мёртвый лишился животворной и зиждительной силы, а невидящий[7] — Божественного света, сообщающего способность видеть и быть видимым.
6. Силу вместе с мудростью получают от Бога не многие. [Сила] есть воспринимательница[8] Божественных благ, [мудрость же] — выявительница их. Усвоить [мудрость] и передать [другим] — дело истинно Божественное и сверхчеловеческое.