10. Вообще те, кто доставил деньги, по крайней мере могли бы молчать, но они повредили бы вере, так как они знали, для чего доставлены деньги, и поэтому они послали мужей, боящихся Бога, которые сделали так, что не на храм, но на расходы по строительству корабля то, что было послано, было бы предназначено. Ибо они доверили деньги тем, кто чтил основания священного закона; судьей дела был избран тот, кто освобождает совесть. Если они, находясь в чужой власти, так остерегались, то нельзя сомневаться, что следовало бы делать тебе, о император. Во всяком случае ты, кого никто не принуждает, никто не имеет в своей власти, должен был спросить совета у священника.
II. Действительно, когда я тогда сопротивлялся, хотя и один сопротивлялся, однако не один я желал того, не один я то советовал. Ибо потому что моими словами я обязан и перед Богом, и перед людьми, я понимал, что ничего другого мне не позволено, ничего другое мне не следует, если не то, чтобы я позаботился о себе, потому что я не мог покорно довериться тебе. Действительно я долго сдерживался, долго скрывал свою скорбь; я считал, что никому ничего не следует сообщать, теперь мне можно больше не скрывать, не было свободы и молчать. По той же причине в начале твоего правления я не отвечал на твои письма, потому что предвидел, что это произойдет. Наконец, когда ты потребовал ответа на письмо, так как я не написал на него ответ, я сказал: я полагаю, что это и есть причина того, что должны добиться от него.
12. Однако, когда возникла причина для исполнения моего долга, я и писал, и просил за тех, кто чувствовал беспокойство о себе, чтобы я мог показать, что в делах Бога во мне есть справедливый страх, и что я не больше ценю лесть, чем душу мою; в тех же делах, в которых подобает вас просите, также моим долгом является показать рвение перед властью, как и в Писании: «Кому честь, честь; кому подать, подать» [14]. Ибо так как из глубины своего сердца я полагаюсь на частное лицо, как я могу не полагаться на императора? Но те, кто желает, чтобы на вас полагались, мучаются от того, что мы полагаемся на Него — того, кого вы желаете увидеть творцом вашей власти.
Конец лета 393 г.
Увещание к девству
Глава первая
1. Те, кого приглашают на великий пир, обычно приносят с собою подарки. Будучи позван на пир в город Бононию, где празновалось перенесение (мощей) святого мученика, я также сберег для вас дары, полные святости и благодати. Дары обыкновенно считают триумфами начальников, и эти дары также служат триумфами: ведь победы мучеников составляют триумф Христа, вождя нашего. Впрочем, не сюда направлял я путь свой; и только по вашей просьбе я вынужден был принести с собою то, что было приготовлено для других, и тем самым явиться к вам не без некотораго достояния. И вот таким образом скудость мою, которая не могла бы оправдать ваших ожиданий, с избытком восполнит мученик.
2. Имя мученика – Агрикола; у него Виталий раньше был слугой, а теперь он – друг и соучастник его по мученическому венцу. Чтобы предварительно осмотреть место, слуга вышел наперед; за ним в полной уверенности, что место окажется уже приготовленным верой раба, последовал господин. И, конечно, мы восхваляем (в господине) не чужия заслуги; ведь мученичество раба есть (плод) научения господина. Этот научил, а тот исполнил. В то же время ничуть не умаляется и заслуга раба. В самом деле разве можно умалять то, что даровал Христос? Прекрасно уже и то одно, что чрез служение человеку раб научился, как угождать Христу; в то же время и господин приобрел сугубую похвалу: в отношении к рабу – за учительство, а в отношении к себе – за мученичество. И вот состязаясь между собою в добродетелях, они удостоились затем быть равными. Господин послал раба на мученичество первым, а раб увлек господина за собой.
3. Следовательно, (внешнее) положение человека ничуть не является препятствием к его прославлению; не знатность рода, а вера дарует заслуженную награду. Раб ли, свободный ли – мы все составляем во Христе едино: и каждый получит от Господа по мере добра, которое он сделал (Еф.6:8). Рабство не уменьшает (заслуги) и свобода не увеличивает ея. Обрати внимание, как ни во что ставится временное положение. Рабом ли ты призван, говорит (апостол), не смущайся… Ибо раб, призванный в Господе, есть свободный Господа: равно и призванный свободным есть раб Христов (1 Кор.7:21–22). Рассмотри, говорю, смысл (слов) апостола. Повидимому, он более возвысил того, кто призван в рабском состоянии, чем того, кто призван из свободнаго состояния. Ибо из раба делается свободным Христа, а из свободнаго – рабом. Но на самом деле, ни одного Он не возвысил, тому и другому Он разделил в одинаковой мере. И действительно, у Христа рабство и свобода равноценны; между заслугами добродетельнаго рабства и свободы нет ни малейшаго различия в заслугах; и нет собственно бóльшаго достоинства, кроме служения Христу. Наконец, Павел – раб Иисуса Христа: и если апостол хвалится этим рабством, то, следовательно, оно славно. Ужели, в самом деле не является величайшей славой нашей то, что мы оценены такой ценою, что искупаемся кровию Господа? Но будем продолжать дальше.