17.) Но воины окружив ругаются над Ним. Господь для них посмешище, Владыка ими поруган. Видеша Мя, покиваша главами своими (Пс. 108, 25.). Виден однакоже образ царскаго сана. Ругаются, но и преклоняют колена, распинают воины, но облекши прежде в порфиру, и на главу Его возлагают венец. Ибо, что до того, если венец и терновый? Всякий царь провозглашается воинами: надлежало, чтобы и Иисуса прообразовательно увенчали воины; посему-то Писание говорит в Песнях: Изыдите дщери Иерусалимския, и видите в царе Соломоне, в венце, имже венча его мати его (Песн. Песн. 3, 11.). Но и венец был тайною, потому что служил разрешением грехов, отменением приговора.
18.) Адаму произнесено осуждение: проклята земля в делех твоих; терния и волчцы возрастит тебе (Быт. 8, 17. 18.). Посему Иисус приемлет на Себя терние, чтобы уничтожить осуждение. Для того погребен и в земле, чтобы проклятая земля вместо проклятия прияла благословение. Во время греха облеклись в смоковныя листья; потому и Иисус концем знамений дал смоковницу. Ибо, готовясь идти на страдание, проклинает смоковницу, но не всякую смоковницу, а только ту[3] одну, в образе ея, говоря ей: нектому от тебе никтоже плода снесть (Марк. 11,14.). Осуждение да уничтожится! И поелику тогда облеклись в смоковныя листья, то приходит во время, когда не было на ней снеднаго. Кому не известно, что в зимнее время смоковница не приносит Плодов, бывает же только покрыта листьями? Ужели же, что знал всякий, того не знал Иисус? Напротив того Он знал, однакоже приходит как бы с намерением найдти плод, очень зная, что не найдет, но показывая, что смоковница сия образом проклятия служит только по листьям.
19.) И поелику коснулись мы того, что было в Раю; то подлинно в удивление приводит меня истинность прообразований. В раю падение, в вертограде спасение; от древа грех, и грех – до древа. По полудни скрылись от ходящаго Господа, и по полудни разбойник вводится Господом в рай. Но иный скажет мне: «сам вымышляешь? Покажи мне у Пророка крестное древо. Если не представишь пророческаго свидетельства, то не уверую». Слушай же сказанное у Иеремии, и удостоверься. Аз яко агня незлобивое, ведомое на заколение, не разумех ли? Читай вопросительно, как я произнес. Ибо как не знать Тому, Кто говорит: весте, яко по двою дню Пасха будет и Сын человеческий предан будет на пропятие (Матф. 26, 2.)? – Аз яко агня незлобивое, ведомое на заклание, не разумех ли? Какое же это ягня? Истолковал нам Иоанн Креститель, сказав: се Агнец Божий, вземляй грехи мира (Иоан. 1, 29.). – На Мя помыслиша помысл лукавый, глаголюще. Ведущему помыслы, как не знать того, что будет? И что же говорили они? Приидите и вложим древо в хлеб Его. А если сподобит тебя Господь, то в последствии узнаешь, что тело Его, по словам Евангелия, представляло образ хлеба. Приидите и вложим древо в хлеб Его, и истребим Его от земли живущих. Жизнь не истребляется; для чего трудитесь напрасно? И имя Его да не помянется ктому (Иерем. 11, 19.). Суетен совет ваш; потому что прежде солнца пребывает имя Его (Псал. 71, 17.) в Церкви. А что Жизнь была повешена на древе, Моисей, оплакивая это, говорит: и будет живот Твой висящь пред очима Твоима, и убоишися во дни и в нощи, и не будеши веры яти житию Твоему (Второз. 28, 66.), и недавно читано: Господи, кто верова слуху нашему?
20.) Сей образ представил Моисей, распиная змия; чтобы угрызенный живым змием, взирая на меднаго змия и уверовав, обретал спасение. Если же распятый медный змий спасает; то как не спасти распятому воплотившемуся Божию Сыну? Жизнь всегда даруется древом. Ибо оживотворение при Ное – древянным ковчегом; при Моисее же море, узрев образ креста, убоялось ударившаго по водам. Столько силы имел жезл Моисеев; ужели же не силен крест Спасителев? Умалчиваю о многих прообразованиях для соразмерности речи. При Моисее древо усладило воды; и из ребра Иисусова вода истекла на древе.
21.) Началом знамений при Моисее – кровь и вода; тоже самое и последним из всех знамений Иисусовых. Моисей прежде всего превратил реку в кровь, и Иисус на конец всего источил из ребра воду с кровию, может быть по причине сказаннаго, как судившим, так и вопиявшими, или ради верующих и неверующих. Ибо Пилат сказал: не повинен есмь (Матф. 27, 24.), и умыл руки водою; вопиявшие же говорили: кровь Его на нас (25.). Посему из ребра истекло то и другое: вода, может быть, для судившаго, и кровь для вопиявишх. Можно же разуметь еще и иначе: кровь для Иудеев, а вода для Христиан. Ибо тем, как злоумышленным – осуждение за кровь, а тебе верующему – ныне спасение водою. Ибо ничто не было напрасно. Истолкователи, Отцы наши, представили и другую причину. Поелику, по Евангелию, есть некая двоякая сила спасительнаго крещения, одна – даруемая просвещаемым водою, а другая – во время гонений святым мученикам собственною их кровию; то из спасительнаго ребра изтекли кровь и вода, подтверждая тем благодать исповедания Христова при просвещении и во времена мученичества. Есть и другая причина прободению ребра. Поелику первою виновницею греха соделалась жена, созданная из ребра; то Иисусу, пришедшему даровать прощение вместе мужам и женам, прободено ребро за жен, чтобы им дано было разрешение от грехов.