Глава 17
«И там был болен некто, Лазарь было имя ему, и сестры его послали сказать Господу: Господи! вот, тот, кого Ты любишь, лежит больной в постели» (ср.: Ин. 11, 1-3). Сравни же слова Животворца и заметь, как они согласуются между собой. Слепому сказал: «грех (сей) ни его, ни родителей его, но да откроются на нем дела Божии» (ср.: Ин. 9, 3); а о болезни Лазаря сказал: «сия болезнь не к смерти, но ради славы Божией, да прославится чрез нее Сын Божий» (ср.: Ин. 11, 4). И сказал ученикам: «придите, пойдем в Иудею» (ср.: Ин. 11, 7). Отвечают Ему: «Иудеи ищут убить Тебя… и Ты опять идешь туда?» (ср.: Ин. 11, 8). Но, говорит, где скорби, туда спешит и врач. Иду к побивающим камнями, дабы из побивающих камнями они сделались свидетелями. «Многие, говорит, уверовали там в Него» (ср.: Ин. 11, 45).
«Не двенадцать ли часов во дне? кто ходит днем, тот не спотыкается, потому что видит свет» (Ин. 11, 9). Этими словами посредством образного сравнения хотел научить апостолов, что ранее конца года отпущения, матери месяцев[260], Иудеи не споткнутся на убиении Господа, по причине которого воцарится на Сионе мрак. «Не двенадцать ли часов во дне?» – то есть почто боитесь быть побитыми камнями? Пока Я с вами, никто из вас не пострадает со Мной и за Меня. Но настанет для вас ночь, полная скорбей, когда Я вознесусь от вас и оставлю вас. Но примите венцы, как и Я, Который увенчаюсь и вознесусь от вас. «Придите, идем умереть вместе с Ним». Уверены были, что, отправившись с Ним, они будут побиты камнями. Посему утешением укрепил их, говоря:
«Лазарь, друг наш, умер, и Я радуюсь за вас» (Ин. 11, 14-15). Если же радовался, то почему заплакал, когда пришел? Усмотри из этого, как далеко различествуют от Господа даже те, которые были самыми близкими Ему. И как человек, в коем сокрыты все естества, в своем месте проявляет какое угодно из них: то дух, то тело, – так и Господь показал голод на хлебе[261] (Мф. 4, 2-3), и слезы на друге. Все врачи прилагают старание и попечение прежде, чем умрет человек; а врач Лазаря обратился к мертвому, дабы на смерти его показать превосходство Своего врачебного искусства. Возрадовался, когда услышал; заплакал, когда пришел. Прежде чем пришел, сказал, что он умер, а по прибытии спросил: «где… положили его?» (Ин. 11, 34). Далее, заплакал потому, что в воскресении мертвых умрут те, кои ныне живут (нечестиво). Здесь же выразительнейшими словами засвидетельствовал и вместе с тем на деле показал и подтвердил, что Он принял истинную человеческую природу. Посему заплакал и обнаружил веру Марии и Марфы, которые почитали Его и исповедали пред лицом других, кои давно (но только) иным образом исповедовали Его, как говорит Писание: «издали повеление считать Его вне синагоги» (ср.: Ин. 9, 22. 12, 42).
«Господи! если бы Ты был здесь» (Ин. 11, 21), – ибо так как посылали к Нему, и Он не хотел прийти, то (из сего) узнали, что Лазарь умер по воле Господа, поскольку ни Сам (Господь) не пришел, ни ответа не послал, чтобы он исцелился. Сказали: «если бы Ты был здесь», как бы говоря: если хочешь, послушай его. Далее, так как слышали от учеников, как во время сна Его поднялись волны, и как в другой раз в отсутствие Его течение моря пришло в движение и сотрясение, то по человеческому обычаю сказали: «Учитель, где свет, туда не может проникнуть мрак, и где жизнь, там смерть не имеет власти». Заплакал, дабы показать, что Лазарь умер, и чтобы дать повод сказать: «не Он ли отверз очи слепому?» (ср.: Ин. 11, 37). С одной стороны, хотели отвергнуть Его, с другой, против воли исповедали Его. «Воскресивший Лазаря, спаси Самого Себя» (ср.: Мк. 15, 30). И этими словами также исповедали Господа отвергшие Его.
«Уже смердит» (Ин. 11, 39). Если бы ты, Марфа, как и Мария, сидела у ног Его, то, подобно ей, ты услышала бы от Него, что для Него все легко. «Я есмь воскресение и жизнь; всякий, кто верует в Меня, если и умрет, жив есть» (ср.: Ин. 11, 25). Ясно, что «живущий и верующий в Меня, не умрет вовек» (Ин. 11, 26), то есть не всегда пребудет в смерти, поскольку жив, и рука смерти не навсегда возобладает над ним. Некоторые же понимают это о конце мира, (именно), что те, кои останутся на земле до времени пришествия Его, не умрут, как и следующие слова: «оставшиеся до пришествия Его не умрут» (ср.: 1 Фес. 4, 15).
Прослезился Господь о Лазаре, как бы показывая, что Он не может воскресить его; когда же они на самом деле подумали так о Нем, обнаружил для всех тайное кощунство тех, кои говорили: «разве не мог Сей сделать так, чтобы этот не умер?» (ср.: Ин. 11, 37). Быть может, ты скажешь: «но они не говорили того, что Он не может воскресить». Однако они высказали нечто такое, что направлялось против Божества Его, говоря (как бы так): поскольку заплакал, то этим показал, что не хотел смерти (Лазаря); значит, Его Божественная природа не настолько возобладала над смертью, чтобы не допускать никакого господства смерти над Собой. Итак, когда они показали свое издевательство и посмеяние, Он обнаружил (пред ними) Свое Божество. А что «возмутился» (Ин. 11, 33), то это вполне согласно с тем, что (некогда) сказал: «доколе буду с вами и (доколе) буду говорить с вами» (ср.: Мк. 9, 19), и в другом месте: «противен Мне род сей» (ср.: Пс. 94, 10). Те, говорит, искушали Меня десять раз, эти же – двадцать и десятью десять.