о жребий мой блаженный!
3. Бог погружает душу в эту Ночь чувств с целью очистить внешние чувства, приготовить их, подчинить и объединить с духом, помрачая и заставляя прекратить размышления. И также затем, в конце очищения духа, чтобы объединить его с Богом (как будет рассказано после), Он погружает душу в Ночь духа, и она стяжает (хотя в ней это не заметно) пользу, которую ей приносит блаженный жребий, позволивший выйти из пут и темницы внешних чувств через названную Ночь; она говорит следующие слова: о жребий мой блаженный! Относительно сего нам следует обсудить здесь блага, которые душа обретает в этой Ночи и с которыми при блаженном жребии она может пройти через нее; все виды этих благ душа заключает в следующей строке:
я вышла стороною.
4. Слово вышла надлежит понимать так, что душа вышла из подчинения своей собственной чувственной части, с коим прежде искала Бога через действия столь же слабые, ограниченные и ненадежные, как те, что принадлежат внешней части человека; так что на каждом шагу она претыкалась о множество несовершенств и невежеств, как мы уже заметили выше, когда говорили о семи смертных грехах, от которых она освобождается. Эта Ночь угашает в ней любое наслаждение горним и дольним и затемняет в ней все рассуждения, даруя бесчисленные блага в стяжании добродетелей, как мы сейчас говорим. Великая радость и утешение для того, кто идет через нее, — видеть как то, что кажется столь тяжелым, мучительным и противоположным духовной радости, творит в душе сии блага, которые, как мы говорим, даруются душе, посредством этой Ночи вышедшей в своих пристрастиях и действиях от всего сотворенного и идущей к вечному. Сей выход есть великое блаженство и удача; во-первых, потому, что это великое благо — угасить желание всех вещей и пристрастие к ним; во-вторых потому что очень мало тех, кто терпелив и постоянен в желании войти через эти «тесные врата» и идти этим «узким путем, ведущим в жизнь», как сказал наш Спаситель (Мф 7:14). Эти «тесные врата» есть Ночь чувств; в ней душа отказывается и обнажается от всего, чтобы войти в эти врата, объединяясь с верой, чуждой всякого чувства, дабы идти «узким путем», каковой есть другая Ночь, Ночь духа, в которую душа входит потом, чтобы идти к Богу в чистой вере, являющейся средством, коим душа объединяется с Богом.
Этот путь столь узок, темен и страшен (его невозможно сравнить с Ночью чувств во тьме и трудах ее, как мы скажем далее), что гораздо меньше тех, кто идет по нему; но он приносит несравненно больше благ, чем Ночь чувств. О благах, даруемых Ночью чувств, мы скажем сейчас по возможности кратко, чтобы перейти к другой Ночи.
ГЛАВА 12, о пользе, приносимой душе этой Ночью.
1. Эта Ночь очищения желания, блаженная для души, приносит ей великие блага и пользу (хотя душе скорее кажется, что она их отнимает). Как Авраам устроил большой пир, когда его сын Исаак был отнят от груди (Быт 21:8), так на небе радуются оттого, что Бог уже извлек эту душу из пеленок, что Он опускает ее с рук, дабы она шла сама, а также от того, что, отнимая ее от груди и молока, мягкого и нежного яства младенцев, Бог заставляет её отведать хлеб с коркой, и душа начинает вкушать яство сильных (Евр 5:12-14)[47], которое в этом иссушении и помрачении чувства начинает дароваться ей в духе пустом и сухом, лишенном чувственных соков, то есть во внушенном свыше созерцании, о коем мы говорим.
2. Такова первая и главная польза, которую здесь получает душа, и от этой главной пользы происходят чуть ли не все остальные, что приносит эта сухая и темная Ночь созерцания. Это есть познание себя и своей нищеты; ибо от всех милостей, которые Бог даровал душе, Он заставляет ее вернуться в это познание, эту сухость и опустошение способностей относительно ощущавшегося прежде изобилия; и та трудность, которую обретает душа в благих вещах, заставляет ее познать свою низость и нищету, каковые не бросались в глаза во время ее благоденствия. Это хорошо описано в Книге Исхода, где Бог, желая смирить детей Израиля и заставить их познать самих себя, повелел им снять украшения праздничные, с коими они шли по пустыне: «Сейчac, отныне и впредь, совлеките с себя праздничные убранства и облачитесь в одежды будней и труда, дабы знали вы, какого обхождения заслуживаете» (Исх 33:5). Эти слова следует понимать следующим образом: поскольку одежда, которую вы носите, предназначена для праздника и радости и она заставляет вас чувствовать себя не столь низкими, каковы вы на деле, снимите ее, чтобы впредь, видя себя облаченными в нищету, вы познали, что не заслуживаете большего и поняли, кто вы такие. Посему верно, что прежде душа не знала своей нищеты, ибо, когда она ходила, словно на празднике, обретая в Боге сильную усладу, утешение и опору, была она более удовлетворённой и довольной, и казалось ей тогда, что она отчасти служит Богу — ибо, хотя она не имела Его в себе явно, всё же по крайней мере благодаря удовлетворению, обретаемому ею от удовольствия, несколько укреплялась в служении. Но, облекшись в иную одежду, в одеяние труда, сухости и бесприютности, когда её прежние светочи померкли, она больше доверяет новым светочам: стремясь ко столь превосходной и столь необходимой добродетели самопознания, она уже не ставит себя ни во что и не получает от себя ни малейшего удовлетворения, ибо видит, что сама по себе ничего не делает и ничего не может. И это недовольство собою и безутешность оттого, что душа не служит Богу, помогают ей обрести и почитать Бога больше, чем все прежние дела, которые она творила и все удовольствия, которые она получала, сколь бы велики они ни были, поскольку в них она могла впасть во множество несовершенств и в глубокое невежество. От этого труда сухости родится не только то, что мы описали, но также блага, о коих мы говорим сейчас, и много большие, о коих еще надлежит поведать, и которые происходят из источника самопознания.
47
«Ибо, судя по времени, вам надлежало быть учителями; но вас снова нужно учить первым началам слова Божия, и для вас нужно молоко, а не твердая пища. Всякий, питаемый молоком, несведущ в слове правды, потому что он младенец; Твердая же пища свойственна совершенным, у которых чувства навыком приучены к различению добра и зла» (Евр 5:12-14). —