Всё моё внимание сузилось до ощущения его губ на моём бедре. Лёд таял прямо на моём теле, кожа нагревалась, отчего поднимались завитки пара. «Боги, пожалуйста, скажите мне, что он не видит мою раскрасневшуюся грудь». Хуже наслаждения этим могло быть только одно. Я уже могла представить себе самодовольную улыбку, которой он одарил бы свою маленькую пленницу, если бы я потеряла контроль и испустила стон желания.
Ещё одно прикосновение его языка, и меня пронзила электрическая дрожь. Я почти уверена, что мои бёдра двинулись. Боги, смилостивьтесь.
Я ненавидела мужчин. Мне нужно помнить об этом.
«Сокруши своё желание к нему, Аэнор».
Я заставила себя думать о Джайлсе Кори — старом раздутом мужике, раздавленном тяжестью камней, с высунутым распухшим языком. Гарантированный убийца страсти.
В этот момент Анку отнял свои губы и выплюнул яд на пол.
Хорошо. Окей. Моё дыхание замедлилось, и у нас имелся плевок и Джайлс Кори.
Я оторвала взгляд от его идеального лица и посмотрела на свою ногу. Тёмный яд начал исчезать.
— Миссия выполнена, — сказала я сквозь стиснутые зубы. — Ты уже достаточно сделал. Не прикасайся ко мне больше, и впредь держи свои руки и губы подальше от меня, или я отрежу их.
Как и прежде, он отдёрнул руки, словно его ужалили. И всё-таки он прорычал:
— Не стоит благодарности.
Внезапно лёд вернулся в моё тело, и мои мышцы напряглись.
— Что это было? — спросила я сквозь стучащие зубы.
— Лианан Ши[10]. Вот что это было за существо. У них ядовитые языки. Бейра оставила тебя в живых ненадолго.
— Я хочу, чтобы ты знал, что пока что мне здесь не нравится, и я в высшей степени презираю тебя.
Он упёрся руками по обе стороны от моей головы, наклоняясь вниз. Его взгляд словно лаской скользнул по моей обнажённой коже. Я знала, что как бы сильно он меня ни ненавидел, ему нравилось, как я выгляжу.
— Тебе нужно согреться.
— Ну, вы посмотрите, — пробормотала я. — Ты так же проницателен, как и красив. Может быть, это мои замёрзшие волосы всё выдали? Сними с меня путы, — прохрипела я. — Или я найду способ убить тебя своим разумом.
— Мы уже установили, что я могу вернуться из мёртвых.
— Я буду убивать тебя снова и снова, — вскипела я. — И это будет больно.
— Я собираюсь перевернуть тебя, чтобы снять путы.
Без его магии мои мышцы оставались застывшими.
— Я едва могу пошевелиться.
Он перевернул меня на бок, лицом к себе. Я уставилась на ночное небо за окном. Заходящее солнце почти скрылось за горизонтом — кусочек тыквы под ежевичным небом.
Мои зубы не переставали стучать.
Я почувствовала сильный рывок, когда он сорвал путы с моих запястий, и вытянула руки перед собой, чтобы потереть их друг о друга, но пальцы не двигались должным образом. В следующее мгновение он завернул меня в мягкое одеяло и притянул к себе на колени. Он прижал меня к своей горячей груди, и я через одеяло почувствовала, как бьётся его сердце.
Как бы я ни ненавидела его до глубины души, моя голова покоилась на его плече. Его тело теплее, чем постель.
— Мужчины ни на что не годны.
Я вдохнула аромат миндаля.
— Я пытаюсь согреть тебя, — он крепко прижал меня к себе.
Моё горло по ощущениям напоминало наждачную бумагу, и я посмотрела на кувшин с водой на прикроватном столике. А рядом с водой лежали его наручные ножны и кинжал. Я не была уверена, что мне нужно больше — вода или оружие.
Я провела языком по губам, ощутив вкус соли. Затем кивнула на кувшин.
— Мне нужна вода.
Он наклонился через меня, взял кувшин с водой и налил её в кружку. Он протянул её мне, и я сжала кружку окоченевшими пальцами.
Не думаю, что когда-либо так долго находилась близко к мужчине. За свою долгую жизнь у меня было ровно два сексуальных контакта, и оба быстрых и разочаровывающих.
Если бы я была из тех, кто возбуждается из-за горячих парней, я бы думала о рельефных мышцах Анку или о странных татуировках, которые покрывали его кожу. Мой пульс учащался при мысли о его идеальных губах так близко к моим. Я представляла, как мои ноги обвиваются вокруг его тела.
Что, чёрт возьми, со мной происходит?
Я отхлебнула воды. Была ли вода когда-нибудь такой восхитительной на вкус? Мои руки слегка дрожали. Когда я осушила чашку, он отнял её у меня.
— Посмотри на себя, — сказал я. — Проявляешь доброту к грязнуле.
— Я должен сохранить тебе жизнь. И ты всё ещё недостаточно согрелась.
Он поднял меня и понёс в новую комнату с арочными окнами из песчаника, выходящими на море, и богато украшенными медными светильниками, свисавшими с потолка. В центре комнаты стояла огромная мраморная ванна, от которой поднимался пар.
10
Лианан Ши, также известна как Леанансидхе — фейри из ирландского фольклора. В преданиях они обычно изображаются женщинами, которые берут себе любовников из числа людей, часто поэтов, бардов. Их любовники умирают молодыми, но их жизнь насыщена вдохновением.