— Конечно, у пигмеев и эве нет высокоразвитой цивилизации, но зато они могут преподать другим племенам урок подлинной жизни.
— Как, каким образом?
— Если правы многочисленные ученые и исследователи, взывающие «Африка, открой саму себя!», если оправданны, пусть в разной степени, теории «кругов цивилизации», «негритюда» и «присутствия африканцев», то и пример пигмеев может сослужить добрую службу.
— Выражайся пояснее!
— Я уже сказал, их образ жизни заслуживает подражания.
— По-твоему, все африканцы снова должны ходить голыми, есть коренья и панически бояться соседних племен. Выходит, им надо сжечь города и вернуться в жалкие соломенные хижины посреди тропического леса?
— Да нет же, я абсолютно не так представляю себе все это. Пусть африканцы остаются в городах и пользуются новейшими достижениями техники. Чем дальше они пойдут по пути цивилизации и прогресса, тем лучше. Вероятно, они даже быстрее нас смогут приспособиться к техническим преобразованиям, к новым законам и установлениям. Я имел в виду совсем другое.
— Может, ты наконец объяснишь, что именно?
— По-моему, Экваториальная Африка многое выиграла бы, если бы ее обитатели брали пример не только с чужих цивилизаций, но и получше поглядели вокруг себя. Тогда они увидели бы, как просто, в слиянии с природой живут пигмеи, эве и другие неизвестные нам пока племена. Я не ставлю под сомнение объективную реальность стран Экваториальной Африки, их политическую жизнь, проблему установления демократии, взаимоотношения с другими странами. Эти общие проблемы стран Экваториальной Африки независимо от того, имеют ли они позитивное или негативное значение, не связаны прямо с тем, что меня сейчас больше всего волнует. Оставим в стороне вопрос о настроениях африканцев, живущих в городах, об их политических симпатиях и религиозных верованиях. Все эти факторы имеют огромное значение для будущего Африки, для ее развития.
Но прежде чем заниматься их анализом, самим африканцам надо преодолеть глубочайший духовный застой и чуждые наслоения в их истории последних пяти веков. Только тогда Экваториальная Африка сможет вновь обрести утраченную самобытность и духовную чистоту.
— В этом вся суть? — невозмутимо спрашивают друзья после моей столь длинной тирады.
— Именно в этом. Корни новой Африки должны при необходимости подобно корням некоторых деревьев тропического леса перебираться туда, где почва лучше, плодороднее. Африка должна найти себя в самых древних, далеких цивилизациях.
— Но при чем здесь пигмеи?
— Новым, цивилизованным африканцам нужно терпеливо и упорно искать образец для подражания в забытых либо исчезнувших цивилизациях народностей, живших в лесах и на берегу моря. Тогда им откроется действительный смысл этих духовных, культурных и религиозных ценностей.
— Значит, ознакомившись с жизнью пигмеев, Экваториальная Африка познает саму себя?
— В определенной мере да. Пигмеи были первыми и самыми древними жителями Экваториальной Африки; никто лучше их не знает законов природы, тайн родной земли. Конечно, было бы смешно подражать образу жизни пигмеев, но их органическому единству с окружающим миром можно только позавидовать. Когда Экваториальная Африка лучше поймет свое прошлое, у нее возникнет то высокое «историческое самосознание», которое придаст наконец реальный смысл таким словам, как «независимость» и «свобода». А пока для многих африканцев труднодоступных внутренних районов они остаются абстрактными понятиями[59].
Впрочем, этот спор увел нас слишком далеко в сторону от разговора о пигмеях. А они — живой объект наших споров — сидели рядом и курили свои трубки. И все же последнее слово осталось за ними. Они еще раз бесстрашно бросили вызов жизни, дав еще одно неопровержимое доказательство гармоничного сочетания интересов каждого с высшими интересами всей общины.
Последнее приключение
Такого могучего крика радости я не слышал за все двенадцать лет моих путешествий по Африке. Для меня он был символом скрытой, пробуждающейся силы великого континента. Поэтому мне хотелось бы закончить книгу рассказом об охоте четырех пигмеев на слона.
После того как мы засняли отдельных слонов, слоних с детенышами и редкую сцену поимки батеке и пигмеями маленького слоненка, наша программа работ была выполнена. Пигмеи поняли, что и их работа подходит к концу, а когда мы стали упаковывать в ящики не только кинокамеры, но и ружья, они набрались храбрости и задали нам вопрос: «Не собираемся ли мы убить слона и подарить тушу их племени». Мы ответили, что это невозможно. Весь район Нго — охотничий заповедник, а Нансен и Васселе, два честных профессиональных охотника, никогда не согласятся убить слона в запретной зоне. Поэтому мы за все время съемок не сделали ни одного выстрела.
59
Рассуждения автора относительно нового обретения «утраченной самобытности и духовной чистоты» нам не совсем ясны. Невозможно создать новую культуру путем одного лишь обращения к прошлому, каким бы славным оно ни было. Несомненно, новая культура в странах Африки будет складываться с использованием традиций, но эти традиции, как и у других народов, будут творчески переработаны и войдут составным элементом в нечто более широкое и качественно иное, чем традиционные африканские культуры. —