Георгий Сапун по профессии был горным инженером, до войны работал в системе Наркомата топливной промышленности БССР. В июне 1941 года он попытался выбраться из Минска, но безуспешно; они с женой сумели дойти лишь до Руденска,6 провели несколько дней в окрестностях этого городка (он родился в Вороничах тогдашнего Руденского района), дожидаясь, когда немцев отбросят на запад. Увы, в августе месяце им пришлось вернуться в город. Некоторое время спустя его разыскали знакомые и предложили работу в топливном отделе городской управы. На первых порах он занимался учетом имевшегося в городе топлива и перераспределением его между предприятиями, учреждениями и городским населением.7
Через день или два после встречи с Иваном Гавриловичем он без труда выполнил его просьбу – забрал со своего стола один из имевшихся в их отделе экземпляров топографической карты Минска. Позднее его задания усложнялись. Так, например, все лето 1942 года он готовил для подполья уже не простую карту города, а с нанесенными на нее военными объектами немцев8.
Помимо этого, он участвовал в материальном снабжении находившихся на нелегальном положении подпольщиков, простыми словами – подкармливал у себя на квартире тех же Ивана Гавриловича, Диму (под этим именем скрывался видный подпольщик Дмитрий Короткевич), Николая Шугаева (с ним он был немного знал с довоенной поры, тот также работал в системе топливной промышленности). Кроме того, занимая пост в городской управе, а потом в немецкой конторе Торфоцентраль, Сапун содействовал бывшим военным в оформлении их на работу в сфере торфодобычи. Имея доступ к некоторым материальным ресурсам учреждений и предприятий оккупированного города, он наладил приобретение бумаги и краски для подпольной типографии.9
***
5 октября 1942 года на квартиру к Гуку должен был зайти Короткевич, но не явился на эту встречу. 6 октября Дима должен был быть и у Сапуна, но тоже не пришел. В практике подпольной работы ранее такого не наблюдалось. Если тот или иной работник не мог явиться в условленное время на явку, он должен был предупредить до, или в самое кратчайшее время после несостоявшейся встречи, сам или через других известных хозяевам конспиративных квартир людей.
Исчезновение Короткевича, как минимум, заслуживало внимания. 7 октября 1942 г. Сапун решил проверить возникшие у них опасения.
Для этого он должен был посетить две явки, хозяева которых могли знать о Диме. Первый его поход (на квартиру Галины Шумской, через которую он поддерживал связь с Короткевичем) не дал результата – его и там не видели уже несколько дней.
Ближе к полудню он заглянул домой и предупредил жену, чтобы та спрятала или уничтожила все нелегальное, хранившееся у них в квартире. «Я тогда и не предполагал, что это… моя последняя встреча с женой и мне больше никогда не суждено будет увидеть ее», – запишет он потом в своих воспоминаниях.10
Вторая конспиративная квартира, на которой он надеялся узнать о Диме, находилась в Ляховке (район современных улиц Свердлова, Ульяновской и Октябрьской). Дорога туда от его квартиры на Революционной лежала по Красноармейской и он зашел в размещавшуюся на этой улице контору «Торфоцентраль», где с некоторых пор числился на работе. «… минут через 15 – 20 дверь распахнулась и [в его кабинет] вошло три человека – два в военной форме и один в гражданском. Тип в гражданской одежде на чистом русском языке спросил: „Инженер Сапун?“ Он встал. „Мы из гестапо“, – сообщил один из вошедших…»11 Вместе с ним арестовали и его сослуживца, некоего Васильева, который не имел отношения к подполью – об этом Георгий Сапун знал твердо. Это давало некоторую надежду, что и его арест не был связан с «делом комитета». В коридоре их ожидала охрана, а на улице – две легковые и одна грузовая автомашины.
Их погрузили в грузовую. На бортах по периметру кузова расселась охрана. В машине уже сидело два человека, арестованных ранее. Из дальнейшего рассказа Георгия Сапуна вполне можно проследить маршрут, которым их доставили в университетский городок – там располагались службы полиции безопасности и СД – ведомство доктора Штрауха12.
Этот путь не был прямым. Миновав центр города, из Ляховки их привезли на Сторожовку, машины остановились у пивоваренного завода (сегодня «Беларусь»). Он знал, что там, на пивзаводе, тоже действовала подпольная группа, но, по условиям конспирации, не был знаком ни с кем из ее участников. Через некоторое время, однако, агенты вернулись из конторы завода, никого не арестовав. Машины пошли через весь город обратно в сторону Ляховки, арестованные опасались, что путь их лежит в Тростенец. К счастью, за железнодорожным переездом они свернули ко 2-й ГЭС, въехали на ее территорию и снова ждали. Но и на этот раз агенты вернулись ни с чем.
6
ЦК КП (б) Б Оргинструкторский отдел. Отчеты, докладные и записи бесед с участниками Минского подполья. 21 сентября 1942 – 13 октября 1945 г. Отчет о Минском подпольном комитете и некоторых его работниках за время 1941 – 43 г. г. Сапуна Г. П. НАРБ, Ф. 4п, оп. 33а, Д 659, Л. 41
7
Минский подпольный партийный комитет КП (б) Б. (Коллекция). Документы и материалы партархива Института истории партии при ЦК КПБ о Ковалеве Иване Кирилловиче. 1939 г. – 1983 г. Из записи выступления Сапуна Г. Р. на совещании бывших участников Минского подполья. (Декабрь 1954 – январь 1955 г.) НАРБ, Ф. 1346, оп. 1, Д. 205, Л. 257
8
ЦК КП (б) Б Оргинструкторский отдел. Отчеты, докладные и записи бесед с участниками Минского подполья. 21 сентября 1942 – 13 октября 1945 г. Отчет о Минском подпольном комитете и некоторых его работниках за время 1941 – 43 г. г. Сапуна Г. П. НАРБ, Ф. 4п, оп. 33а, Д 659, Л. 46
9
ЦК КП (б) Б Оргинструкторский отдел. Отчеты, докладные и записи бесед с участниками Минского подполья. 21 сентября 1942 – 13 октября 1945 г. Отчет о Минском подпольном комитете и некоторых его работниках за время 1941 – 43 г. г. Сапуна Г. П. НАРБ, Ф. 4п, оп. 33а, Д 659, Л. 43 – 44
10
Минский подпольный партийный комитет КП (б) Б. (Коллекция) Воспоминания Георгия Павловича Сапуна об участии в Минском партийном подполье в 1941 – 1942 г.г. и пребывании в гитлеровских лагерях смерти. 1949 г. НАРБ, Ф. 1346, оп. 1, Д. 65, Л. 34 – 35
11
Минский подпольный партийный комитет КП (б) Б. (Коллекция) Воспоминания Георгия Павловича Сапуна об участии в Минском партийном подполье в 1941 – 1942 г.г. и пребывании в гитлеровских лагерях смерти. 1949 г. НАРБ, Ф. 1346, оп. 1, Д. 65, Л. 35
12
Эдуард Штраух, оберштурмбанфюрер СС (соответствовало званию подполковника в Вермахте), глава полиции безопасности и СД в Белоруссии (декабрь 1941 – июль 1943 г.). После войны предстал перед американским трибуналом. Дважды был приговорен к смертной казни через повешение (10 апреля 1948 года и в 1949 году), но из-за психического заболевания (по некоторым данным страдал от алкоголизма) приговор в исполнение приведён не был. Скончался в 1955 году в больнице города Уккел. (Источник – Википедия).