Старый сторож был убежден, что таким образом он заключал своего рода соглашение с предводителями крыс — он называл их королями.
Эта история напоминает мне чудесную сказку Гофмана о нюрнбергском щелкунчике, украшавшей наше детство.
С тех пор я узнал, что заключение договора с животными — весьма древний прием, и что во многих портах Англии, как торговых, так и рыбацких, этот таинственный рецепт был секретом Полишинеля. Никто не сомневался в его эффективности, но никто, как правило, и не пытался его объяснить. Практически все свидетели утверждали, что только две или три наиболее крупных особи приходили за подношением, и после их визита ни одна крыса более не появлялась в этом помещении.
Существует не менее важное свидетельство Моншмейера, короля безбилетников Германии, если не всей северной Европы.
Безбилетник или «заяц» — это своего рода призрак; это тайный пассажир, совершенно незаметный и, как правило, неуловимый.
Это проклятье капитанов и морских страховщиков, но они пользуются уважением и даже помощью со стороны кочегаров и завсегдатаев трюмов.
«Заяц» — это путешественник «на длинную дистанцию», знающий тысячу приемов, позволяющих ему проникнуть в трюм уходящего в рейс судна и проплыть на нем столько миль, сколько ему захочется. Он легко расстается со своим судном в промежуточном порту или в порту назначения.
Его жизнь, способы его питания могут быть сюжетом самого занимательного морского романа.
Но к числу врагов «зайца» относятся не только официальные лица, готовые рвать на себе волосы при одном упоминании о его существовании; в недрах трюма он сталкивается с более опасным противником, соперничающим с ним за место и пищу. Это крысы.
И вот что представляется самым ужасным: в этой схватке в искусственных джунглях корабельного трюма, в двух шагах от множества моряков и пассажиров, проигравшей стороной нередко оказывается человек!
Ни один судовой журнал никогда не сообщит вам о находке скелета, обглоданного до состояния учебного макета и поднятого на палубу при свете корабельных прожекторов из мрачных глубин трюма. Никогда! Капитан, проявивший себя плохим охотником на «зайцев», будет немедленно внесен в черные списки морскими страховщиками, которые могут отказать ему в продлении страховки судна, как находящегося под командованием плохого руководителя. Дело в том, что «зайцы» представляют собой крайне высокую степень пожарной опасности, потому что они обычно курят в своем убежище! Потому что они, даже не имея в своей котомке ни кусочка галеты, обычно обладают солидными запасами спиртного… Они напиваются, они курят, потом засыпают пьяными… И непогашенный окурок обеспечивает очень серьезные неприятности.
Кто опишет смертельный ужас бедолаги, живущего во мраке, который давит на него свинцовым грузом, сражающегося с напавшей на него стаей, сначала бесшумной, но потом визжащей и пищащей…
Сначала крысы осторожно подбираются как можно ближе. Первыми идут разведчики из числа самых сильных особей. Человек уже уловил их запах, теплый, хищный, зловонный… Запах крыс! Нужно провести хотя бы несколько минут в трюме, люки которого закрылись за вами, чтобы представить, какой ужас может вызвать долетевший до вас порыв ядовитого, жуткого запаха, более отвратительного, чем если бы он исходил от падали.
Потом он получает удар отвратительно скользкого холодного хвоста по руке или по лицу, потому что первая приблизившаяся к нему вплотную крыса резко разворачивается, наткнувшись на человека, и при этом хлещет его своим хвостом. Затем она возвращается и словно ощупывает человека, иногда нанося при этом первый укус, часто болезненный, обычно напоминающий сильный безжалостный щипок.
Если человек обладает хотя бы слабой способностью к ночному видению, или же он просто привыкает к темноте, в которой долго находится, то он в этот момент различает вокруг себя слабые красноватые двойные огоньки — глаза крыс.
Он может — если крысы дадут ему на это время — заняться арифметикой отчаяния. Потому что, если стая охвачена инстинктом нападения, стремлением атаковать, его часы сочтены. На него внезапно набросится вся стая, он захлебнется в живой волне, будет закусан, обескровлен и сожран в невероятно короткое время.
Насколько бы это не казалось неправдоподобным, именно инстинкт нападения позволяет «зайцу» отвлечь крыс от непосредственных действий. Если верить Моншмейеру, он может спастись, если владеет секретом того, что немцы называют Gesellschaft[41].