Выбрать главу

– А что показало вскрытие?

– Отчет у меня с собой, – ответила Дженис, указывая на свою бумажную сумку.

– Никаких следов насилия?

Дженис покачала головой.

– Не знаю, как и сказать. Из-за сильного разложения трупа полицейские поначалу даже не были уверены, она ли это. И личность установили только по карте дантиста.

– Но, полагаю, они все же открыли дело об убийстве.

– Да. Хотя причину смерти не установили, ее гибель посчитали подозрительной. Завели дело об убийстве, но ничего не сделали. А сейчас, похоже, и вовсе намерены бросить его. Вы же знаете, как это бывает. Наваливаются новые дела и о старых забывают.

– Иногда для подобного расследования просто не хватает нужных данных, но это не значит, что полиция им совсем не занимается.

– Да, я понимаю, но все же не могу успокоиться.

Дженис старательно избегала встречаться со мной взглядом. Интуиция подсказывала, что она что-то не договаривает. Внимательно вглядевшись в ее лицо, я попыталась определить причину ее явного беспокойства.

– Дженис, может быть, вы что-то не сказали мне?

Щеки женщины зарделись, словно ее охватила волна горячего воздуха.

– Я как раз собиралась перейти к этому.

Глава 2

Она снова порылась в бумажной коричневой сумке, вытащила видеокассету в коробке без надписи и положила ее на край стола.

– Примерно месяц назад кто-то прислал нам эту пленку. Я не могу представить, кто это сделал, и не понимаю, зачем кому-то надо так расстраивать нас. Мэйса дома не было. Я обнаружила эту кассету в почтовом ящике. Она была завернута в коричневую бумагу. Обратного адреса не было. Я вскрыла посылку, потому что адресована она была мне и мужу. И сразу вставила кассету в видеомагнитофон. Понятия не имела, что там могло быть, подумала, что какое-нибудь телевизионное шоу или съемки чьей-нибудь свадьбы. Я чуть не умерла, когда увидела, что там. Чистейшая порнография, и во всем этом участвует Лорна. Я завопила, выключила магнитофон и тут же выбросила кассету в мусорный ящик, словно она жгла мне руки. Мне захотелось пойти и вымыть их после этой грязи. Но потом я подумала, что эта пленка может послужить уликой. Возможно, она как-то связана с причиной убийства Лорны.

Я наклонилась вперед.

– Позвольте мне кое-что уточнить, прежде чем вы продолжите. Вы впервые узнали об этом? Не подозревали раньше, что она занимается чем-нибудь подобным?

– Да что вы! Я была просто потрясена. Порнография? Ни в коем случае. Но, увидев эту пленку, я, естественно, начала думать, не вовлек ли ее кто-нибудь в это?

– Каким образом?

– Возможно, ее шантажировали. Может быть, вынудили. Насколько мы знаем, Лорна негласно работала на полицию, чего они никогда не признают.

– Почему вы так считаете? – Впервые ее рассуждения показались мне странными, и я почувствовала некоторую настороженность.

– Потому что тогда мы подадим на них в суд – вот почему. А если ее убийство связано с заданием от полиции? Мы этого так не оставим.

Я откинулась на спинку кресла и уставилась на нее.

– Дженис, я сама два года работала в департаменте полиции Санта-Терезы. Они серьезные профессионалы и не пользуются услугами дилетантов. Думаете, ее мог привлечь к сотрудничеству отдел нравов? Очень трудно поверить в это.

– Но я и не утверждаю, что тут замешана полиция. Я никого не обвиняю, потому что это можно расценить как клевету. Просто выдвигаю предположения.

– Какие, например?

Она замялась, размышляя.

– Ну, может быть, она собиралась донести на того, кто делал этот фильм.

– А какой в этом смысл? В наше время изготовление порнографических фильмов не является противозаконным.

– А вдруг этот фильм только прикрытие? Какого-нибудь другого преступления?

– Да, существует такая вероятность, но позвольте мне на минутку выступить в роли адвоката дьявола. Вы сказали мне, что причина смерти не установлена, а это значит, что коронер[3] не может с определенностью заявить, отчего она умерла, так?

– Так, – неохотно согласилась Дженис.

– А может, у нее разорвалась аорта, случился припадок или сердечный приступ. При ее аллергии она могла умереть от анафилактического[4] шока. Я не пытаюсь разубедить вас в том, что ее убили, но ваше заявление очень серьезно, а доказательств нет никаких.

– Я понимаю. Наверное, вам покажется это бредом сумасшедшей, но я знаю то, что знаю. Ее убили. Я в этом абсолютно уверена. Просто меня никто не слушает. И что прикажете мне делать? Скажу вам еще кое-что. На момент смерти у Лорны было очень много денег.

– Сколько?

– Почти пятьсот тысяч долларов в акциях и облигациях. Часть денег в депозитных сертификатах, но основная сумма в ценных бумагах. И еще у нее было пять или шесть различных срочных счетов. И где только она могла взять такие деньги?

– А вы сами как думаете?

– Возможно, кто-то заплатил ей, чтобы она молчала о чем-нибудь.

Я внимательно посмотрела на Дженис, пытаясь понять ход ее мыслей. Сначала она заявила, что ее дочь шантажировали или принуждали. А теперь она обвиняет дочь в вымогательстве. Я решила на время перевести разговор в другое русло.

– А как на эту пленку отреагировала полиция?

Мертвая тишина.

– Дженис?

Похоже, она упорно не хотела отвечать на этот вопрос, но все же ответила:

– Я им ее не показывала. Я не показывала ее даже Мэйсу, иначе бы он умер от стыда. Лорна была его ангелом. Вся жизнь Мэйса изменилась бы, узнай он, что она натворила. – Дженис забрала кассету и убрала ее назад в сумку.

– Но почему бы вам все-таки не показать ее полиции? По крайней мере, у них появится новая ниточка...

Я не успела договорить, потому что Дженис отрицательно замотала головой.

– Нет, ни в коем случае. Я ни за что не отдам им пленку. Знаю я их. Убеждена, что тогда мы увидим ее в последний раз. Конечно, это звучит глупо, но я слышала о подобных случаях. Улики, которые им не нравятся, просто исчезают. Их отправляют в суд, а там они загадочно пропадают. И все, хватит об этом. Я не доверяю полиции. В этом все дело.

– А почему вы доверяете мне? Откуда вы знаете, может, я сотрудничаю с полицией?

– Но должна же я хоть кому-то доверять. Я хочу знать, как Лорна попала... в этот скабрезный фильм... если ее именно из-за него и убили. Но я не знаю, как это сделать, я не могу вернуться назад во времени и выяснить, что произошло. – Дженис тяжело вздохнула. – Как бы там ни было, я решила, что если найму частного детектива, то покажу эту пленку только ему. А теперь мне, наверное, надо спросить вас, готовы ли вы помочь мне, потому что если вы откажетесь, мне надо будет искать кого-то другого.

Я задумалась. У меня не было уверенности относительно шансов на успех, хотя дело показалось чрезвычайно интересным.

– Подобные расследования стоят дорого. Вы к этому готовы?

– Если бы не была готова, то не пришла бы сюда.

– А ваш муж согласен с вами?

– Идея ему не слишком понравилась, но он видит, что я настроена решительно.

– Хорошо. Давайте сделаем так: сначала я попытаюсь что-нибудь разузнать, а потом мы подпишем с вами контракт. Я хочу быть уверена, что смогу оказаться вам полезной. В противном случае вы только зря потратите свое время и деньги.

– Вы намерены обратиться в полицию?

– Мне придется это сделать. Возможно, сначала неофициально. Все дело в том, что мне нужна информация, и если мы наладим сотрудничество с полицией, то это сэкономит часть ваших денег.

– Понимаю. Но и вы должны понять одну вещь. Мне ясно, что вы верите в компетентность местной полиции, да и я в этом не сомневаюсь. Но у всех бывают случайные ошибки, и так уж устроен человек, что он пытается скрыть их. Поэтому я не хочу, чтобы вы принимали решение, помогать мне ли нет, основываясь на мнении полиции. Они, наверное, вообще считают меня полной идиоткой.

вернуться

3

Коронер – спец. судья, в обязанность которого входит выяснение причины смерти, происшедшей при необычных или подозрительных обстоятельствах. При установлении факта насильственной смерти коронер передает дело в суд. – Прим. ред.

вернуться

4

Анафилаксия – вид аллергической реакции, немедленного типа. – Прим. ред.