Этой причины вполне достаточно… но…
— Эй, разве Гекатонхейр не означает «имеющий сто рук»? Готова поклясться, у этого парня их как минимум целая тысяча!
— Это фигура речи.
— Это грязная ложь!
Полагаю, сейчас уже поздно жаловаться, но разве это не жульничество?!
Бог, который дал мне то послание — он меня убить пытается или типа того?
Эта штука так часто швыряется столь сильной магией!
— О боже… Даже я не могу наносить критические удары каждый раз…
— Эй, вы это слышали? Девочка-гений у нас тут жалуется на судьбу.
— Знаешь, возможно, излишняя скромность всё-таки не так уж и плоха.
— Ой, да хватит вам, я тут пытаюсь нагнать драматизма!
Я делаю взмах своим святым мечом, уникальным оружием, которое связано с моей душой.
Понятия не имею зачем, но это существо тратило своё время на попытки воплотиться и попасть на материальный уровень бытия.
Мы с друзьями сбережём этот мир. Мы сбережём всех. Мы побьём плохих парней, и всё будет хорошо.
Пора для всеми любимой... кульминации этого противостояния!— Вперёёёёёд! Герои, в атаку!
«Солнечный Взрыв51!!!»
Глава 7. Лелейте спокойные деньки
Осеннее солнце слабее летнего, но теплом своим напоминает весеннее.
Сидя на траве под небом, голубым словно краска, можно было легко впасть в дрёму.
Пастушка протяжно и лениво зевнула и улыбнулась человеку рядом с ней.
— Ааах, как же замечательно.
— ...Мрм.
— Уупс, я сделала тебе больно?
— Нет, — сказал он. — Но я не понимаю, зачем ты это делаешь.
— Потому что я хочу? — Левой рукой она отодвинула его чёрные волосы, а правой шевелила маленькой палочкой в его ухе. — Хех-хех! На самом деле чистить твои уши довольно весело.
— Разве?
И после этого он затих.
Она расценила это как хороший знак, наслаждаясь ощущением веса его головы на её коленях.
Прохладный бриз дул со стороны города, но, похоже, ветер становился всё холоднее и холоднее.
Бриз принёс на своих крыльях сладкий аромат — османтус душистый.
Ей было интересно, неужели запах действительно мог пролететь так много?
Сейчас мир казался таким простым и спокойным.
Он не особо много рассказал ей, но…
Дождь прекратился, шторм прошёл, и всё кончилось.
Путешественники, идя домой, хмурились от вида гоблинских трупов, на которые они могли наткнуться по пути.
Низкоранговые авантюристы, которых сразу же после рассвета отправили убирать их, тоже наверняка не испытывали особой радости.
Но тот, кто тихо ушёл копать ямы и устанавливать ловушки, кажется, не обращал на это никакого внимания.
Фестиваль закончился, а он сделал то, что должен был сделать. И всё. А это значило…
— Мне тоже стоит вновь стать прежней собой… а.
— ...О чём ты?
— Д-да так, ничего, — сказала она, после чего поднесла свои губы к его уху и нежно дунула.
Он слегка дёрнулся от удивления.
«Я так и знала, что это будет весело», — подумала она.
— Готово. Переворачивайся. Я почищу другое ухо.
— Хорошо.
Он послушно перевернулся на другой бок словно гигантский щенок.
Хотя, он был слишком уж опасен для домашнего питомца и, может, недостаточно впечатляющим для охотничьего пса.
«Бездомный пёс?»
Задумавшись, она погладила его волосы.
— Не совсем. У тебя ведь есть дом.
— О чём ты говоришь?
— Хмм, просто размышляю.
Она бессмысленно рассмеялась и потянула его за ухо.
— А теперь не двигайся. Не хочу, чтобы палочка вошла слишком глубоко.
— Это может обернуться проблемами.
— А вот ты мог бы относиться ко всему чуть менее серьёзно.
Она хихикнула. Как же теперь в его ушах звучал её смех сейчас, когда они были столь близки?
Его голос всегда был слегка приглушён из-за шлема. А был ли её голос приглушён в его ушах?
И пока она размышляла обо всём этом, он слегка заворчал.
— Прости. Давай сделаем перерыв.
— А? — Пастушка удивлённо моргнула, но вытащила ушную палочку. — Конечно, но… В чём дело?
— У нас гости.
Он поднялся сам. Её взгляд последовал за ним и, разумеется, приметил несколько людей.
Один был маленьким, другой стройным, третий коротышкой, а четвёртый возвышался над ними всеми.
— ...Ааах. — Пока она понимающе улыбалась, он надел свой шлем.
Он опустил забрало, закрепил его, собрал своё снаряжение и кивнул. Он был готов.
— И нечего тут стесняться.
— Я не стесняюсь, — вставая сказал он. Он осмотрел лица своих четверых компаньонов, а затем спросил: — Гоблины?
— Ага! Они самые! Не то, чтобы я хотела заниматься этим, но… — Высшая Эльфийка Лучница издала звук, наполовину напоминавший вдох, наполовину фырканье. — Та девчонка со стойки регистрации умоляла нас взяться за это дело, она сказала, что кроме нас никто не станет этим заниматься. Так что у нас и выбора-то особо не было…