Он назвал нам адрес кофейни на Сансет, неподалеку от Гауэр, где сам уже сидел в кабинке с чашкой кофе. Верхняя пуговица рубашки «пендлтон» расстегнута, рукава закатаны. Выше запястий руки чистые, ниже – карнавал татуировок. Вместо банданы на голове красуется бейсболка с надписью «Доджерс»[16].
Не успели мы с Майло и Риверой сесть, как он начал:
– Я знаю, что все испортил, только убей не пойму чем.
Вообще-то он необычайно умный и проницательный детектив, свободный от мачистских предрассудков, зато сдержанный и полностью уверенный в себе. Видеть его в таком состоянии было грустно.
– Ничем, Рауль, абсолютно ничем, – ответил Майло. – Просто эта дамочка – параноидальный тип.
Биро продолжал, точно ничего не слышал:
– Я изображал крутого парня, поскольку наш полицейский «псих» сказал, что так будет лучше. – Он посмотрел на меня. – Надо было посоветоваться с вами, но мне сказали, что вы в этом деле лицо заинтересованное.
– Понимаю, – ответил я.
– А вы на моем месте сделали бы иначе?
– Нет сборника готовых рецептов на каждый случай жизни. Майло прав, заранее ничего не узнаешь.
– О, черт, – вздохнул Биро, – ну и каша заварилась…
– Ты бедняга, – сказала Милли Ривера. – С какой шевелюрой пришлось расстаться.
– Это не страшно, снова отрастет, – ответил Биро. – А вот она все еще на свободе… мне очень жаль, док.
– Не волнуйтесь, – сказал я.
Биро покачал головой.
– Раньше я всех актеров считал идиотами. А теперь думаю, что сам дурак, надо было у них учиться.
Подошла официантка. Мы заказали три чашки кофе, она нахмурилась.
– И всё?
– Нет, это только для затравки, – сказал Майло. – Принеси-ка мне шоколадный сандей с горячей карамелью… а ананасовый соус у вас есть?
– Нет, только персиковый и вишневый.
– Вот и хорошо.
– Так какой?
– Оба.
– Оплачиваются особо.
– Особому клиенту – особая цена.
Официантка отошла, закатывая глаза.
– Лейтенант, если я поем, меня стошнит, – сказал Биро.
– Ну, а я бы не отказалась от чего-нибудь сладенького, мозги подкормить. Возьму-ка я тоже сандей, – заявила Ривера.
– Я тебе его и заказал, – ответил Майло, а сам встал и кивнул мне. Из кабинки мы вышли вместе. Он обернулся и добавил: – Не парьтесь, ребята, рассосется.
– Вы совсем уходите? – спросила Ривера.
– Я буду на связи.
– Так мы с этим закончили?
– Официально? Пока да.
– А что я скажу лейтенанту Уайту?
– Я сам ему все скажу.
– А Гусман?
– Похоже, его контролирует Эффо.
Ривера задумалась.
– Ладно, а как теперь быть с Эффо?
– Как всегда, Милли, как всегда.
Она взглянула на меня.
– Как вы к этому отнесетесь, доктор?
– Если вас интересует, стану ли я его о чем-то предупреждать, нет, не стану. Но, если б и предупредил, какая разница? По-моему, он и так знает, что вы на него охотитесь.
Ривера оскалилась.
Официантка принесла сандей. Майло сказал ей:
– Подсласти свою жизнь, малышка, – и бросил на стол двадцатку.
– А вы что, не будете это есть? – спросила официантка.
– Эх, съел бы, да, боюсь, мне на пользу не пойдет. – Похлопав себя по пузу, он протянул ей еще десятку. У нее отвалилась челюсть.
Майло подмигнул ей, и мы пошли.
У дверей кофейни я обернулся. Биро и Ривера так и сидели, не шелохнувшись.
Копы – немая сцена.
Да, у моего лучшего друга бездна обаяния, и он всегда знает, когда и как пустить его в ход.
Это должно было меня обнадежить.
Майло завел машину.
– Отвечая на твой первый невысказанный вопрос, обещаю, что буду держать ситуацию под контролем. На второй – на кой черт тебе нужны все эти подробности?
Некоторое время я дал ему вести молча, потом заговорил:
– В ответ на твой первый ответ: когда, где и каким образом? И на второй: речь идет о моей жизни, я должен знать, что происходит.
Он прибавил газу.
– Что ж, ты прав. Я рассчитываю на старую добрую очную ставку с крейзанутой Конни.
– Я не уверен…
– Выслушай меня, Алекс. Я поеду прямо к ней домой, с порога выложу ей, что мы все знаем, припугну ее как следует – в рамках закона, разумеется, – и, может быть, мне удастся спровоцировать ее на что-нибудь эдакое, за что я смогу ее арестовать. – Он положил ладонь себе на брюшную область. – Я – мишень не из мелких. Целая Сахара ирландской шкуры – разве не соблазнительно проделать в ней где-нибудь дыру? Пусть только попробует, тут мы ее и цап-царап.
– Ты будешь…
– Я – коп и работаю в отделе убийств, так что любое убийство, в том числе и покушение на убийство, – мое дело, хочу – и расследую. С высочайшего изволения.
16
«Лос-Анджелес доджерс» – популярный американский бейсбольный клуб (Главная бейсбольная лига).