— Так и будет, милорд, — пообещал Шарп, хотя сам в душе не понимал, как, черт возьми, он должен захватить крепость. Пушек у него нет, так что пробить брешь не получится, а из слов герцога следовало, что времени на изготовление лестниц и штурм стен тоже не будет.
— Где и когда майор Винсент должен встретить вас завтра? — спросил герцог.
— В четыре тридцать утра, — ответил Шарп, — у отеля «Влезенбек».
— Вы остаетесь на ночь в городе? — В вопросе прозвучал укор, намекающий на то, что Шарп предпочел комфорт служебному долгу.
— Да, милорд, но батальон будет готов вовремя.
— Уж постарайтесь. Вы известите майора Винсента? — обратился герцог к капитану Барреллу, который внимательно слушал разговор.
— Непременно, ваша светлость.
— Идите быстрым маршем и атакуйте стремительно, Шарп. Не подведите меня.
— Разумеется, милорд.
— Баррелл, проводите полковника Шарпа.
Капитан проводил Шарпа до дверей, где его ждал Харпер. На прощание Баррелл протянул руку:
— Хотел бы я отправиться с вами, полковник.
— Это пустая затея, — бросил Шарп, но пожал протянутую руку. — Отель «Влезенбек», в четыре тридцать.
— Я передам майору Винсенту, сэр.
Баррелл проводил взглядом стрелка, вскочившего на трофейного коня, и вернулся в библиотеку. Герцог стоял у окна, выходящего на улицу, и, судя по всему, наблюдал за Шарпом.
— Примечательный малый, не находите, Баррелл?
— Процитирую вас, ваша светлость. Не знаю, какое впечатление он производит на врага, но, бог свидетель, меня он пугает.
— Ха! — Герцог произнес это без тени веселья. — Он как-то прокомментировал приказ?
— Сказал, что это пустая затея, ваша светлость.
— Так оно и есть, Баррелл, так оно и есть. Но Шарп не дурак. Он пройдоха, чертов пройдоха, но это мой пройдоха. А еще ему дьявольски везет, и он всегда побеждает в драке. И молите бога, чтобы он победил и в этой, иначе… — Герцог не договорил, потому что иной исход был немыслим.
Капитан Баррелл помедлил, а затем решился дать герцогу совет:
— Вы могли бы послать другой батальон, ваша светлость?
— Вы хотели сказать, послать джентльмена вместо этого негодяя?
— Возможно, офицера с большим опытом, ваша светлость?
— Ха! — фыркнул герцог. — Шарп не джентльмен, это верно, но боевого опыта у него больше, чем у всех моих полковников вместе взятых. Нет, для этого дела нам нужен не джентльмен, а безжалостный ублюдок. Так что просто молитесь, Баррелл, просто молитесь, чтобы он справился.
Шарп отправил Харпера обратно на юг с приказом: Личные волонтеры принца Уэльского должны быть готовы к выступлению на рассвете.
— И я имею в виду полную готовность, Пэт. Мы выступаем сразу, как только я приеду завтра утром.
— Они будут готовы.
— И мы не станем ждать остальную армию, — добавил Шарп. — Выходим на рассвете, сами по себе.
— Мы против всей Франции?
— Раненых придется оставить. Оркестранты[5] останутся с ними. Если кто-то начнет спорить, скажи, что таков приказ герцога.
У Патрика Харпера не было официальной власти, если не считать его внушительных габаритов и репутации. Он уволился из армии после побед в Южной Франции и уехал домой, в свой любимый Дублин, но возвращение императора с Эльбы снова привело Харпера к Шарпу. По крайней мере, офицеры Личных волонтеров Принца Уэльского признавали его авторитет. Когда-то он был полковым сержант-майором, и, хотя теперь официально считался гражданским лицом, он всё равно носил свой мундир стрелка, и все в батальоне знали, что он говорит от имени Шарпа.
Сам же Шарп направился в недорогой отель, где снял комнаты для Люсиль. Он почти ожидал застать у нее подругу, которую она завела в Брюсселе, вдовствующую графиню Моберже, пожилую француженку, ярую сторонницу Наполеона, которая, тем не менее, взяла Люсиль под свое щедрое крыло.
— Мадам у себя, — Жанетта, служанка, открыла дверь и присела в реверансе.
— Как вы тут, Жанетта?
— У нас всё хорошо, месье.
— А малыш?
— Ест, спит и снова требует еды.
— Вы выглядите усталой, — заметил Шарп по-французски.
— Вы тоже, месье.
Шарп улыбнулся:
— У англичан есть по этому поводу поговорка, Жанетта. Нет покоя нечестивым.
— Уж англичанам ли этого не знать, месье.
Он рассмеялся и прошел в спальню, дверь в которую вела прямо из маленькой прихожей. Люсиль, сидевшая в кровати, просияла увидев его, но тут же приложила палец к губам:
5
Оркестранты (The bandsmen) — В британской армии эпохи Наполеоновских войн музыканты полкового оркестра. Их роль и статус существенно отличались от обычных солдат и даже от других полковых музыкантов (барабанщиков и горнистов). В мирное время играли для развлечения, поднятия боевого духа, на парадах и офицерских ужинах. Их инструменты и красивые мундиры покупались на личные деньги полковника и офицеров полка. Наличие хорошего оркестра было вопросом престижа и гордости полка. Когда начиналось сражение, главной обязанностью оркестрантов становилась эвакуация раненых и помощь хирургам. В полевых лазаретах они держали пациентов во время ампутаций, выносили отпиленные конечности и хоронили умерших. Поэтому, несмотря на «нарядный» вид, они видели (и осязали) больше крови, чем многие стрелки.