Возможности спросить об этом лично ему так и не подвернулось, но Скримшо показалось, что дамы из прокуратуры попросту робели перед семьей знаменитости. «На словах Кэти Рандл с семьей Версаче договорилась при мне в первый же день у них на дому, — жалуется Скримшо. — А после этого они нас два дня даже на порог не пускали, — и мы ходили как обо***ные в ожидании, когда же нас соизволят удостоить аудиенции. Да, я зол на них, потому что прокуратура штата в первые дни откровеннейшим образом препятствовала расследованию по горячим следам, всячески ограждая семью от беспокойства и вмешиваясь в принятие решений по вопросам, которые вообще не входят в компетенцию этих прокурорш!»
Из-за того, что общее руководство следствием было поручено прокуратуре штата, детективам не удалось провести привычного «совещания с ближайшими родственниками», чтобы выслушать их предположения и задать наводящие вопросы. «Нам так и не дали ни разу посидеть и обстоятельно побеседовать с Донателлой или Санто. Странное осталось ощущение», — говорит Наварро. Они с Китом Эвансом вынуждены были довольствоваться беседами исключительно с адвокатами семьи. Донателло и Санто на время их посещения демонстративно удалялись в другие части дома, а их адвокаты лишь «отрицали любые контакты семьи с мафией или какие-либо противоправные действия с их стороны».
В среду сотрудник ФБР, отвечающий за связь с посольством Италии в Вашингтоне, позвонил Скримшо с предложением посреднической помощи в получении следствием ответов на интересующие вопросы о Версаче и его бизнесе от итальянских властей. Скримшо интересовало прежде всего, не осталось ли в Италии каких-либо незакрытых расследований в отношении Версаче и компании. Всего двумя месяцами раньше, в мае 1997 года, суд вынес Санто приговор по обвинению в даче взятки, который впоследствии был обжалован и отменен. Но Скримшо об этом так и не сказали.
Также в среду всем весом своего авторитета Версаче принялись давить на власти всех уровней, чтобы им позволили в тот же день эвакуировать тело Джанни на родину, не дожидаясь истечения положенных 48 часов. Пока тело бальзамировали (из морга в бюро ритуальных услуг оно было передано в 8:50), у входа в похоронную контору шла безобразная свара между адвокатами Версаче и юристами похоронного бюро, отказывавшимися выдавать тело в обход закона. Перепалка длилась несколько часов. «Разнять их удалось только мэру», — говорит Майкл Бэнд из прокуратуры штата. По другой версии обстановка накалилась до такой степени, что за санкцией на вывоз тела в обход закона семья обратилась по телефону лично к губернатору Флориды Лотону Чайлзу — и получила отказ.
Днем в среду, перед отправкой в крематорий родные попрощались с телом. Израэл Сэндс, флорист и сосед Версаче по Майами-Бич, сотворил пять изысканных венков, которыми обставили гроб, и каждый венок олицетворял одного из членов семьи покойного: белый — Донателлу, синий — Санто, ярко-желтый — самого Джанни, розовый и голубой — его племянницу Аллегру и племянника Даниэля.
И лишь в четверг утром Джанни Версаче наконец кремировали. Урну затем поместили в деревянный ящик побольше и опечатали, стянув металлизированной лентой, в присутствии консула Италии. Донателла попросила украсить ящик сверху множеством белых орхидей. В этот же день вечером Донателла выехала в аэропорт, чтобы никогда в жизни больше не возвращаться на Южный берег.
Накладки в Майами
Убийство Версаче и его широкомасштабное освещение в СМИ стали серьезной встряской как для ФБР, так и для местных правоохранителей. «Именно и только пресса всё раздула до таких масштабов», — говорит о последующем ходе расследования Питер Эхерн из управления ФБР в Сан-Диего. Эндрю Кьюненен внезапно сделался объектом, вероятно, одной из крупнейших, если не самой масштабной спецоперации по охоте на отдельно взятого человека за всю историю ФБР, сравнимой разве что с операциями по поимке Джеймса Эрла Рея, убийцы Мартина Лютера Кинга, или, если копнуть поглубже в историю, Джона Диллинджера[101]. Многочисленные вещдоки, найденные в пикапе Билла Риза, послужили основанием для выдачи ордера на арест Кьюненена властями и Чикаго, и Нью-Джерси с формулировкой «предумышленное убийство при отягчающих обстоятельствах», что влекло смертный приговор и там, и там: в Нью-Джерси — по федеральным законам, поскольку Риз был убит на территории федерального подчинения, а в Чикаго — по законам штата Иллинойс.
101
Джон Герберт Диллинджер (