Величайшей постановкой специально для медиа стала первая из двух поминальных месс по Версаче. В пятницу в 11:00 в католическом соборном костеле Св. Патрика в Майами началась торжественная заупокойная литургия по Джанни Версаче, и участвовали в службе сразу несколько священников, включая двух епископов. Официально за организацию литургии отвечала архиепархия Майами, от имени которой и были разосланы приглашения и выпущен пресс-релиз. Из особняка Casa Casuarina в храм прислали пышные цветочные убранства.
«Очень странная была служба, — рассказывает Израэл Сэндс. — Священник из кожи вон лез, чтобы быть на уровне паствы по степени светского лоска. Помянул Мадонну, да и запел прямо с кафедры „Where Do We Go from Here?“[102] из „Эвиты“». Тара Соломон говорит: «Мы даже плакать перестали, и челюсти у нас вежливо отвисли». «И проповедь священник прочел милейшую, — добавляет Сэндс, — сказал, что помянутая в Ветхом завете разноцветная одежда Иосифа[103] — это знак Божьего благоволения к стилю Версаче. И семью его, не убоявшись Бога, уподобил Святому семейству. И ничего, громом его не разразило!»
Скримшо всё больше и больше воротило от происходящего. «Прокуратура штата поставила нас в такое положение, что мы оказались на побегушках по их наводкам вместо того, чтобы проводить полноценное расследование, которое было нужно нам самим». ФБР делиться информацией с местной полицией также не желало.
Еще одним моментом, из-за которого у следователя Скримшо буквально опускались руки, было нежелание итальянских коллег сообщать запрашиваемую у них информацию о Версаче и его бизнесе. «Поначалу итальянец [которому поручена была связь с американскими правоохранителями] сказал мне, что сделает буквально всё возможное, чтобы нам помочь, — повествует Скримшо. — Когда же я ему перезвонил [с конкретным вопросом], не ведется ли у них какое-нибудь расследование о связях Версаче, всякое общение между нами и закончилось. Больше он на мои звонки не отвечал, взял и просто исчез для меня с лица земли».
Зато со всех концов света понеслись ложные и бесполезные наводки. Швейцарский экстрасенс с помощью магического маятника определил, что Эндрю направляется из Оттавы в Монреаль. В тот же день «очевидцы» видели его «живьем» и в Бразилии, и в Мексике. Среди дезинформации едва не затерялся единственный достоверный сигнал, имевший далеко идущие последствия: Гильермо Волпе, вернувшись в Майами-Бич в среду 16 мая из четырехдневной поездки, пошел проведать свою парусную яхту длиной 7,5 м у пирса неподалеку от Коллинз-авеню в районе Индиан-Крик, что в пятнадцати кварталах к северу от Normandy Plaza, и обнаружил, что на ней в его отсутствие кто-то побывал. На столе лежали недоеденная засохшая пита и ворох газет, открытых на страницах с сюжетами об убийстве Версаче, включая даже прибывшую с родины покойного модельера миланскую Corriere Della Sera. Оглядевшись, он также заметил на скамейке неподалеку человека, похожего на Кьюненена, углубившегося в изучение руководства по навигации, которое, как он позже догадался, с его же яхты и было похищено. Полиция не обнаружила никаких следов Кьюненена на яхте, зато нашла там красное поло, которое могло быть на человеке, которого полицейский видел на крыше гаражной парковки на 13-й улице, куда его привела собака-ищейка сразу после убийства Версаче.
К воскресенью, на пятый день после убийства Версаче, никаких признаков скорой поимки Эндрю по-прежнему не было, и следствие, по сути, застопорилось. Фэбээровцы к выходным собрали вещи и покинули здание полиции Майами-Бич, вернувшись в собственную штаб-квартиру в Майами. Кое-кто усмотрел в этом жесте знак презрения со стороны ФБР в адрес полицейских, прошляпивших залоговую квитанцию из ломбарда и допустивших массу других глупых ляпов. Пол Маллет из ФБР Майами, однако, утверждает, что это вовсе не так, а отправились восвояси они исключительно для того, чтобы лишний раз не смущать местную полицию и «не мешать ей в расследовании убийства».
102
«А дальше-то куда?»
103
«Израиль любил Иосифа более всех сыновей своих, потому что он был сын старости его, и сделал ему разноцветную одежду» (Быт. 37:3).