Мэрилин Миглин — дама не менее напористая и амбициозная, но куда более публичная, чем ее склонный к уединению муж, — занимала высокие официальные должности в Чикагском бюро по организации съездов и туризму и Совете по экономическому развитию штата Иллинойс. На ниве службы гражданскому обществу она председательствовала в муниципальном совете Оук-стрит — улицы, на которой Миглины владели шестью торговыми площадями, где располагаются, помимо салона Версаче, еще и Prada, и Armani, и Barneys, — и Мэрилин сделала, как никто другой, многое для того, чтобы собрать миллионы долларов на возрождение этой улочки в качестве главного места сосредоточения элитных бутиков Чикаго. С недавних пор улицу даже стали неофициально именовать в ее честь Мэрилин-Миглинской.
Миглины были правоверными католиками — Мэрилин чешкой, а Ли литовцем по национальности, — и даже имели тесные связи с церковной иерархией. Урожденный Альберт Ли Миглин был одним из восьми детей шахтера-углекопа из глубинки Иллинойса и начинал свою карьеру с торговли кухонной утварью и блинным тестом по окрестным местам из багажника автомобиля. А его длинноногая жена Мэрилин Клецка, некогда танцевавшая в кордебалете, начала свою карьеру как раз с разработки грима для танцовщиц, который не течет от пота. Несмотря на, казалось бы, легкомысленную профессию, Мэрилин была девушкой крайне строгих нравов и далеко не сразу ответила на ухаживания будущего супруга, который в те годы предпочитал представляться по первому имени — как Ал. Впоследствии пара рассказывала, что на первом свидании Мэрилин была так напугана попыткой Ала поцеловать ее в губы, что тут же убежала домой и долго полоскала рот антисептиком. Через полтора месяца после этого они обручились.
Через десять лет после свадьбы у них появилась дочь Марлена, названная так отчасти в честь матери, отчасти в честь Марлен Дитрих, а затем и сын, получивший имя Дьюк в честь Джона Уэйна[58]. Двадцативосьмилетняя Марлена в декабре 1996 года вышла замуж и переехала к супругу в Денвер, а двадцатипятилетний Дьюк пытался оправдать свое имя, пробуя себя на ролях второго плана в Голливуде. Обосновавшись в Лос-Анджелесе, он прожил там шесть лет на пару с честолюбивым композитором Крисом Леннерцем[59], с которым познакомился в годы учебы в университете. И Марлена, и Дьюк по мере возможности помогали матери вести ее парфюмерно-косметический бизнес: Дьюк, в частности, иногда ездил вместо нее с презентациями косметики в Сан-Диего.
Ли был человеком тихим и въедливо-дотошным, всегда элегантно одетым и со свежим маникюром. Начинал он свою деятельность на ниве операций с недвижимостью в риэлторской фирме легендарного брокера-застройщика по имени Артур Рублофф[60], прозванного Мистер Недвижимость Чикаго, оставившего после своей смерти в 1986 году огромную компанию. Абель Берланд[61], вице-председатель правления Rubloff & Co., вспоминает, как, зайдя однажды в восемь утра в свой кабинет, застал там сидящего в ожидании его прихода незнакомца, которым оказался тридцатиоднолетний Альберт Миглин. «Кто вы такой и что тут делаете?» — потребовал объяснений Берланд. Миглин представился и объяснил, что никак не мог пробиться к Берланду на прием через секретаршу, потому и явился раньше нее, а вообще он пришел устраиваться на работу. Берланд указал ему на дверь, но не таков был прирожденный торговец Миглин, чтобы отступаться, и он разразился потоками красноречия, рассказывая, что «трудиться приучился раньше, чем начал ходить», — вспоминает Берланд. И действительно, за положенные-таки ему Берландом 250 долларов в месяц Миглин стал являть чудеса трудолюбия, работая с восьми утра до девяти вечера по шесть дней в неделю. «Говорю, уходя: „Доброй ночи“, — а Миглин всё работает, — вспоминает Берланд. — Но понятно, что на одной настырности и упорстве он бы на самый верх не выбрался; была в нем еще и какая-то особая цепкая устремленность».
«К сорока годам я хочу уже иметь какое-никакое, но именно что значимое положение в здешнем обществе, — делился Миглин с Берландом своими видами на будущее. — Хочу быть кем-то!» Когда Миглину было тридцать семь лет, он сказал Берланду, что хотел бы представить ему свою двадцатиоднолетнюю невесту по имени Мэрилин Клецка. «Привел он ее, — вспоминает Берланд, — представил, сообщил, что она подрабатывает моделью. Потрясающее впечатление на меня произвела эта девушка: предельно сконцентрированная и нацеленная на успех; видно было, что далеко пойдет. Сразу сказала, что собирается стать крупнейшим в мире производителем уникальной косметики собственной рецептуры». Кстати, именно невеста и убедила Ала Миглина сменить к их свадьбе первое имя на Ли.
58
«Король вестерна» Джон Уэйн (
59
Кристофер Джозеф Леннерц (
60
Артур Рублофф (
61
Абель Берланд (