— Да, на минутку. Сказала, поедет домой переодеться. Она оставила пакет с Рождественским Печеньем — до чего красивое!
— Когда Лайза родилась, у нее в руках был кондитерский мешочек. Кстати, Андреа привезла тебе ложки?
— Да. Не могу понять, как ей удается с таким животом водить машину? Твоя сестра — это что-то.
— Это вы из-за ложек ей льстите?
Эдна так решительно тряхнула головой, что ее седые кудряшки запрыгали.
— И из-за ложек тоже, но главное — из-за елки и зала. Когда она приехала, мы как раз здесь все украшали, и Андреа, добрая девочка, вызвалась помогать. Были только сестры Холленберг, потому что у Бернис Мацей разболелась поясница. Сначала они не хотели, чтобы Андреа участвовала — ведь она в положении. Но твоя сестра вызвала сюда пару своих подруг — лазить по стремянкам. Тогда сестры, конечно, согласились. Ну а когда молодежь приехала, тут такое началось! За два часа украсили весь зал и даже елку, а ведь в ней восемнадцать футов!
— С Андреа всегда так. Пара звонков — и все готово.
— Но это еще не все. Когда я увидела, как она своими руками цепляет на верхушку елки рождественского ангела — стоит на стремянке, представь! — у меня чуть челюсть не выпала.
Ханна обрадовалась, что при этом не присутствовала. Кажется, доктор Найт не подозревал, к каким последствиям приведет его совет Андреа «вернуться к активной жизни».
— Иди, включи свет и сама увидишь, как здорово получилось, — Эдна махнула в сторону двери. — Такая красота!
Ханна прошла в банкетный зал. Горело лишь несколько светильников, и с лестницы ничего разобрать было нельзя. Но когда Ханна зажгла верхний свет, она остолбенела. Оказывается, ее сестра волшебница!
Каждый из четырех столов посреди комнаты был накрыт скатертью своего цвета. Столы украшали букеты из пуансеттии, сосновых веток и золотых шариков. Из каждого букета торчал флажок на карамельной палочке — на нем было написано, для чего предназначен стол. Красный — для закусок. Золотой — для горячих блюд и гарниров, серебряный — для десертов, а зеленый — для салатов, супов и домашнего хлеба. Был еще стол, покрытый красно-зеленой шотландкой. На нем были расставлены кофейные и чайные принадлежности и переносной холодильник для молока, газировки и соков.
Вдоль стен располагались длинные столы, покрытые скатертями с рождественским рисунком: снеговики на лыжах, Санта-Клаусы, елки, ветки падуба, снежинки. На каждом из них на равном расстоянии друг от друга стояло по три букета — уменьшенные копии с четырех главных столов.
Потолок украшали, сложным образом переплетаясь, длинные ленты красной, зеленой, золотой и серебряной гофрированной бумаги. Все вокруг напоминало о грядущем Рождестве; рождественская елка — используя лексикон Клуба поклонниц эпохи Регентства — «совершенная бель фам»[7] — вспыхнула тысячами радужных огней, стоило Ханне повернуть выключатель.
— Сногсшибательно, — объявила комнате Ханна, когда к ней вернулся дар речи. Пытаясь «вернуться к активной жизни», Андреа сегодня превзошла сама себя. В детстве они с сестрой не были лучшими подружками; их сблизило совместное расследование убийства — после чего муж Андреа, Билл, получил, между прочим, значок детектива. Работая вместе, они научились ценить друг друга, по крайней мере когда перед ними стояла общая задача.
Ханна скрестила пальцы — детская привычка — и загадала, чтобы рождественский ужин сегодня прошел удачно. А потом вернулась в кухню — помогать Эдне до приезда остальных.
Через сорок минут Ханна стояла у подножия лестницы. Помощницы Эдны выгнали ее из кухни и отправили встречать гостей. До их прихода оставалось всего ничего. Из динамиков доносилась негромкая рождественская музыка, подозрительно напоминавшая композиции с диска, который продавался через телемагазин. Только у нас вы сможете купить этот диск по суперцене девятнадцать долларов девяносто пять центов плюс семь девяносто пять за доставку. Тем, кто позвонит в течение ближайших пяти минут, второй диск бесплатно.
— Здравствуй, Ханна, — поздоровался с ней первый гость. Это был Керби Уэллс, преподаватель музыки в школе Джордан Хай. Он уже спустился по лестнице. За ним в полном составе (всего десять человек) шел джазовый ансамбль Джордан Хай. На мальчиках были красные атласные пиджаки и черные брюки, а на девочках — зеленые атласные платья.
— Выглядите на все сто! — сделала им комплимент Ханна. Эти костюмы школьный оркестр купил специально к выступлению на рождественском ужине. Ребята должны были играть на танцах, которые начинались сразу после ужина, и во время десерта. — Керби, тебе что-нибудь нужно? Давай, я помогу.