Да и, в сущности, не важно, из себя ли или от других берет что-либо человек, через себя или через других он действует: вся сила в том, чтобы обладать большой волей, умением и упорством в ее осуществлении; все остальное безразлично. Мирабо был поэтому совершенно прав, пользуясь, насколько это удавалось ему, внешним миром и его силами. Он обладал даром различать таланты, и таланты притягивались демоном его властной натуры, добровольно отдаваясь ему и под его руководство. Он и был всегда окружен массой превосходных людей, которых он воспламенял своим огнем и пускал в ход для достижения намеченных им высших целей. И в том, что он умел действовать с другими и через других, – в том и состоял его гений, его оригинальность, его величие[124].
(Соре, 17.02.1832)
124
К сожалению, этот разговор я имел только на немецком языке, тогда как подлинник написан по-французски и, судя по одному отрывку, значительно расходится с немецким переводом; привожу здесь этот отрывок, перевод которого я дал во введении:
«Que suis-je moi-même? Qu’ai-je fait? J’ai recueilli et utilisé tout ce que j’ai vu, entendu, observé. Mes oeuvres sont nourries par des milliers d’individus divers; des ignorants et des sages, des gens d’esprit et des sots, l’enfance, l’âge mûr, la vieillesse, tous sont venus m’offrir leurs pensées, leurs facultés, leurs espérances, leur manière d’être; j’ai recueilli souvent la moisson que d’autres avaient semée, mon oeuvre est celle d’un être collectif et elle porte le nom de Goethe».