Неотъемлемой частью отечественного уголовно-процессуального законодательства его частью стали нормы, реально направленные на обеспечение безопасности участников уголовного судопроизводства. Одна из таких норм касается составления протоколов следственных действий, в которых принимал участие потерпевший, его представитель, а также свидетель. В частности, при необходимости обеспечить безопасность указанных лиц, а также их близких родственников, родственников и близких лиц, следователь (дознаватель) вправе в протоколе следственного действия, в котором участвует потерпевший, его представитель или свидетель, не приводить данные об их личности. В этом случае следователь с согласия руководителя следственного органа, а дознаватель с согласия начальника органа дознания выносит постановление, в котором излагаются причины принятия решения о сохранении в тайне этих данных, указывается псевдоним участника следственного действия и приводится образец его подписи, которые он будет использовать в протоколах следственных действий, произведенных с его участием. Постановление помещается в конверт, который после этого опечатывается, приобщается к уголовному делу и хранится при нем в условиях, исключающих возможность ознакомления с ним иных участников уголовного судопроизводства. В случаях, не терпящих отлагательства, указанное следственное действие может быть произведено на основании постановления следователя или дознавателя о сохранении в тайне данных о личности участника следственного действия без получения согласия соответственно руководителя следственного органа или начальника органа дознания. В данном случае постановление следователя передается руководителю следственного органа, а постановление дознавателя – начальнику органа дознания для проверки его законности и обоснованности незамедлительно при появлении для этого реальной возможности (ч. 9 ст. 166 УПК).
Закон также установил, что в целях обеспечения безопасности опознающего предъявление лица для опознания по решению следователя (дознавателя) может быть проведено в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым (ч. 8 ст. 193 УКП).
Кроме этого, в целях обеспечения безопасности участников следственных действий законодатель прописывает, что если процедура следственного действия предусматривает обязательное участие понятых (ст. 182, ч. 3.1 ст. 183, ст. 184, 193 УПК), а его производство связано с опасностью для жизни и здоровья людей, оно может быть проведено без участия таковых (ч. 3 ст. 170 УПК).
Особые правила производства предусмотрены для следственных действий, в ходе и по результатам которых необоснованный вред может быть причинен предпринимательской деятельности. Такие правила выступают дополнительными гарантиями обеспечения экономической безопасности государства. В частности, согласно ч. 1 ст. 164 УПК при производстве следственных действий по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных чч. 1–4 ст. 159, ст. 159.1–159.3, 159.5, 159.6, 160, 165 УК, если эти преступления совершены в сфере предпринимательской деятельности, а также чч. 5–7 ст. 159, ст. 171, 171.1, 171.3–172.2, 173.1–174.1, 176–178, 180, 181, 183, 185–185.4 и 190–199.4 УК не допускается необоснованное применение мер, которые могут привести к приостановлению законной деятельности юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, в том числе не допускается необоснованное изъятие электронных носителей информации.
Очевидны погрешности использованных законодателем формулировок. В уголовном судопроизводстве в любом случае не допускается применение необоснованных мер, вне зависимости от того по каким составам преступлений осуществляется производство. Равно не допускается и необоснованное изъятие электронных носителей информации[496].
При производстве следственных действий также не допускается изъятие специальной декларации, поданной в соответствии с Федеральным законом «О добровольном декларировании физическими лицами активов и счетов (вкладов) в банках и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и (или) документов и сведений, прилагаемых к указанной декларации.
496
Формулировка ч. 1 ст. 164.1 УПК настолько несовершенна, что ее буквальное толкование приводит к абсурдному выводу, согласно которому в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 164.1 УПК, допускается необоснованное изъятие электронных носителей информации.