До предъявления для опознания опознающий не должен видеть опознаваемого и статистов, поскольку условия, в которых имело место такое наблюдение (наручники на подозреваемом; конвой; статисты, курящие на улице или пьющие чай у следователя и т. д.), могут натолкнуть на вывод о роли данного лица в предстоящем следственном действии.
Перед началом опознания опознаваемому предлагается занять любое место среди предъявляемых лиц, о чем в протоколе опознания делается соответствующая запись. Такое предложение делается опознаваемому в присутствии понятых, но при обязательном отсутствии опознающего. Приглашение опознающего в помещение, где производится опознание, должно исключать возможность сообщения ему о месте, которое занято опознаваемым.
Опознающему предлагается ответить на вопрос, не видел ли он ранее кого-либо из предъявленных для опознания лиц и если видел, то когда, где и при каких обстоятельствах. Нельзя признать правильной следующую, часто используемую, формулировку вопроса опознающему: «Осмотрите присутствующих лиц и укажите, нет ли среди них лица, о котором вы давали показания». Опознающий может указать на такое лицо, но не исключается, что другие предъявляемые на опознание субъекты также известны опознающему, что лишает результаты следственного действия доказательственного значения. В этой связи необходимо ставить вопрос о том, видел ли опознающий предъявляемых для опознания лиц, и если да, то при каких обстоятельствах.
Если опознающий указал на одно из предъявленных ему лиц, то ему предлагается объяснить, по каким приметам или особенностям он опознал данное лицо. Наводящие вопросы недопустимы. Поскольку в ходе предъявления для опознания вербальная информация – это способ указания на объект, в ходе данного следственного действия существует опасность не только наводящих вопросов, но и наводящих действий, которые также недопустимы[563].
О предъявлении для опознания составляется протокол. В нем отражаются: условия предъявления для опознания; фамилии, имена, отчества, даты рождения предъявляемых для опознания лиц; место их жительства, а также место жительства опознающего; факт разъяснения прав, обязанностей и ответственности участникам данного следственного действия; его ход и результаты. В протоколе дословно излагаются объяснения опознающего[564] о том, по каким приметам или особенностям он опознал данное лицо и где, когда и при каких обстоятельствах он его ранее видел. Указание в протоколе на внешность и одежду предъявляемых для опознания лиц является необходимым. Это позволит установить, соблюдалось ли требование о предъявлении для опознания лиц, сходных по внешности.
Следует отметить, что получение правдивой информации в ходе следственных действий является одной из важнейших задач органов следствия и дознания. Однако в современных условиях проблемой, препятствующей реализации данной задачи, все чаще становится неправомерное посткриминальное воздействие на свидетелей или потерпевших со стороны преступника или его сообщников с целью добиться отказа от контакта с правоохранительными органами или дачи ложных показаний. Именно в ходе предъявления лица для опознания (а также очной ставки) или в связи с ним возникает наибольшая опасность подобного воздействия на опознающего, поскольку при производстве данного следственного действия происходит непосредственное (прямое) общение подозреваемого с потерпевшим или свидетелем.
В целях обеспечения безопасности опознающего, предъявление лица для опознания, по решению следователя, может быть проведено в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым. В этом случае понятые находятся в местонахождении опознающего.
В настоящее время остается неурегулированным вопрос о местонахождении защитника опознаваемого лица в ходе производства опознания в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым. В литературе высказана позиция, в соответствии с которой отсутствие в законе конкретных предписаний, касающихся этого вопроса, допускает возможность его разрешения по усмотрению следователя[565]. Вряд ли это приемлемый паллиатив. Очевидно, что эффективное выполнение функции защиты, оказания юридической помощи возможно, только если защитник находится в том же месте, где и опознающий. Конечно, это чревато утечкой информации о личности опознающего. Однако в противном случае опознаваемый фактически лишается права на помощь защитника при производстве предъявления для опознания. Нахождение защитника рядом с опознаваемым не позволяет защитнику применить ни одной эффективной меры по обеспечению защиты прав и законных интересов опознающего. Следуя смыслу уголовно-процессуального закона, необходимо склониться к выводу, что защитник должен располагаться в местонахождении опознающего. В этом случае должны быть приняты все возможные меры, обеспечивающие неразглашение защитником информации о личности опознающего.
563
564
Важно, что законодатель использует термин «объяснения» для обозначения устного сообщения опознающего, а не термин «показания».