======================================
11/VI 81
Wehr den «a» sagt, der mus auch den «b» sagen[122] — и поэтому получаются такие частые письма! — Простите!
Вышло так, что вдруг попробовала рисовать большой формат — может быть, даже Вам привезу показать — и неожиданно убедилась, что того напряжения, которое было, когда пробовала сделать Ген. и Нину (попрошу ученицу их кончить и постараюсь привезти, если еще не прошла в них нужда) — совсем не было; что-то не прежнее, конечно есть, но все же какая-то «возможность»! Это подтвердило мои мысли о том, что вряд ли следует так легко и дешево отказываться решать невозможность — не срабатывает ли здесь в таком случае лень, органический нигилизм? (Беру это понятие не в смысле мировоззрения, а как психологический тип, к которому себя всегда причисляла.) К тому же ведь не 100% ясно — есть ли все это воля Божия? Вы даже сразу всю мою беду с рукой определили как искушение.
Вот так и попробую пока, с Вашего благословения. А там видно будет. Читать даже обычную печать — куда хуже, а ведь надо, чтоб глаза жили для их же здоровья.
Все сказанное Вами о главном образе (=иконе), над которым надо работать, остается в силе. И не отказ ни от этой работы, ни от той, в лени которой чувствую себя виноватой — созерцание. Вижу, что, повидимому, не так уж оно мне чуждо, но в каком-то другом виде, чем все готовые его рецепты — почему иначе было бы мне так нужно одиночество, к которому я так привыкла за всю жизнь. Стараюсь найти ритм. Вот и все.
Сейчас все мысли направлены на поездку — а времени до нее еще много, что-то даст Бог? Живу надеждой на встречу, которая, как Вы сказали, хоть и не многословна, но в данном этапе, думаю, особенно нужна. Стараюсь с помощью Божией сделать все возможное, чтоб Халима могла, если даже не выехать вместе со мной, то хотя бы подъехать, когда я буду там, чтоб вместе — к Вам…
Храни Вас Бог.
с. И. -----------------
======================================
Дорогая Юлия Николаевна!
Записочку Вашу получил. Конечно, все это очень печально (продолжение страданий о. П.) Если действительно она ошибается относительно сроков, то м. б. ее как-то можно убедить? Но кто это сделает. Он, видимо, тут бессилен, А эта женщина — невменяемая и может наделать бед. И в то же время жалко Х. М. б., он мог бы хоть изредка видеть ее на нейтральной почве? Это, наверно, единственное, что осталось.
О себе Вы ничего не пишете. Очевидно, у Вас все по-старому. Прошу Ваших молитв в наше трудное время. Объединение духовных сил может преградить проискам врага пути.
Храни Вас Бог.
Ваш пр. А. Мень
======================================
4/VII
Дорогой о. А.!
Вот я уже 2 недели в Москве. С нетерпением жду встречу с Вами. Занята своим лечением, причем оно очень противоречиво: продолжаю у Зои Андр. (гомеопатки), но в надежде, что получу специальные очки, — обратилась по протекции к хорошей окулистке. Она сказала, что для моего случая таких очков нет. Констатировала очень запущенную глаукому (про хрусталик сказала, что затемнен только чуть-чуть (а Зоя Андр., наоборот, сейчас все внимание обратила на определенный ею склероз хрусталика, и дала соответствующее лечение), и считает, что операция (выпускают лишнюю жидкость) совершенно необходима. Иначе — слепота, и только операцией можно удержать хоть тот остаток зрения, который есть сейчас. Но хочет (ее зовут Нонна Александровна Иванова), чтоб мы добились консультации в институте Гельмгольца. Конечно, это трудно, особенно, вероятно, для иногородней больной, но говорит, что может помочь рекомендация духовного лица или даже самой патриархии. Конечно, в последней меня ведь никто не знает, так что мы всю надежду возлагаем на Вас или как Вы скажете — не надо ли обратиться с этим к Анат. Вас. Ведерникову? Пишу Вам все это заранее, чтоб Вы обдумали и сказали бы нам, что делать, когда мы приедем к Вам, надеюсь, сразу после праздника, или на самый праздник, или до него — как Вы скажете. Буду ждать от Вас сигналов через Л. Н., надеюсь что он устроит нашу встречу. Об Илье — совершенно с Вами согласна, и сама тревожусь. В Ташкенте делаю в этом отношении все, что могу — главным образом стараюсь ориентировать его на Ч., он ему больше всего в этом отношении может помочь. Теперь должна еще рассказать Вам о случившемся со мной на днях и очень меня расстроившем факте: до сих пор все время меня лечил Илья, и даже недавно был здесь лично, а не только заочно, и лечил очень успешно мою теперешнюю хозяйку ( я в этом году опять в другом месте остановилась, ее хорошо знают Лена и Л. Н., и Ведерн.) И вот третьего дня вдруг, не разобравшись в моих делах, Мина Исаковна повезла меня к якобы очень сильному э. с.,[123] и он взялся меня лечить заочно. Мы думали, что это не мешает И., но когда она наконец поняла про И., она сказала, что 2 — нельзя, и велела мне отказаться от И. Мне пришлось ему написать, т. к. он уехал, и объяснить, как все это произошло независимо от меня, и как это меня огорчило, но выхода не было. Надеюсь, что моя дружба с ним и общение во Христе от этого не пострадают, но прошу Вас меня утешить! Мне так тяжело его обидеть. Но, может быть, он поймет и не обидится? Вот мои дела, которые меня совсем поглотили, хотя стараюсь молиться и все отдавать на Его волю. Все кругом против операции. Но ведь я сама от нее 7 лет отказывалась, а сейчас не вижу другого выхода, если только не произойдет чудо, и мне не поможет этот совсем новый для меня Григор. Наумович, к которому возила меня Мина Исаковна! Пока продолжаю принимать гомеопатические лекарства Зои Андр.