«В устройствах, подобных iPhone, всё вертится вокруг дисплея, – говорил Айв. – В таких продуктах мы по большей части занимаемся тем, что уходим от дизайна. Я думаю, что при таком подходе получаются не просто какие-то произвольные, а более естественные формы. В них не чувствуется преднамеренности. Ощущение, будто – ну да, так всё и должно быть, а как иначе?»
Дэвиду Тапману досталась незавидная работа: его крохотной, но по уши заваленной делами команде приходилось налаживать постоянно изменяемое дотелефонное аппаратное обеспечение. «Моя команда, которая отвечала за все электронные системы внутри телефона: знаете, радиочастотные системы, системы GSM, Wi-Fi, процессор приложений, шифрование-дешифрование, камера, аудио, микрофоны и всё прочее, – она была, откровенно говоря, мала, – рассказывает Дэвид Тапман. – Кажется, шесть человек – где-то около того». Бывший исполнительный директор Apple называл Тапмана «героем» аппаратного обеспечения iPhone.
Тапман родом из Англии, и его неунывающий дух гармонирует с безграничными познаниями в области инженерии и логистики. До прихода в Apple, где он стал движущей силой в разработке iPod, он работал над смартфоном Motorola, который в итоге забросили. Он охотно взялся за непростые задачи, связанные с разработкой iPhone. Во-первых, его ждала непрерывная борьба за размеры: Джобс и команда промдизайна желали, чтобы телефон был максимально тонким. «Точно так же мы всю дорогу бодались из-за iPod. У нас даже появилась мантра: „Главное, чтоб потоньше“», – рассказывает Тапман. Конечно же, из-за этого постоянно разгорались дебаты о форме и функциях. «Сможем ли мы заставить батарею проработать достаточно долго и одновременно получить тот вид, о котором мечтает Джони?» – говорит он.
С самого начала, по словам Фаделла, Айв настаивал, чтобы в iPhone не было ни разъёма под наушники, ни места под SIM-карту. «Нам пришлось приложить все возможные усилия, чтобы сохранить SIM-карту в самом первом iPhone», – рассказывает Фаделл.
Рвение Джони сделать как можно более тонкий телефон оставило конкурентов iPhone далеко позади. Однако, тонкий или нет, телефон прежде всего должен работать. «То есть мы могли сделать его в дюйм толщиной и увеличить срок службы батареи, – говорит Тапман. – Приходилось бороться за каждый микрон. Каждый микрон толщины, квадратный миллиметр толщины и площади платы, и на какие только выдумки ни приходилось идти, чтобы заставить устройство работать».
Тонкость – причина того, почему почти из всех телефонов, начиная с iPhone, было сложно, а то и вовсе невозможно, извлечь батарею. «Опираясь на прошлый опыт, могу сказать, что везде, где есть соединительный проводник, есть и проблемы, – говорит Тапман. – И вот батарея, ваш главный источник питания. Если у вас в цепи есть сопротивление или комплексное сопротивление, особенно в случае 2G-радиосистем, батарея быстро разряжается. Если у вас в цепи вообще есть импеданс[77], её производительность будет страдать. Поэтому лучший способ понизить его – воспользоваться пайкой. Такое соединение не испортится со временем в отличие от коннектора».
«Нам не давали установку „сделать устройство подлежащим ремонту“, – добавляет Тапман. – наша миссия состояла в том, чтобы „создать величайший продукт, который можно продать“. Мы не думали о том, как извлечь аккумулятор из устройства. Ни из одного iPod нельзя вынуть батарею. Так что, когда начинаешь делать что-то подобное, ты ничем не связан. К тому же мы все были очень наивны. В нас же не было ничего от телефонных инженеров».
Одним из важнейших решений, которое им пришлось принять, стал отказ от 3G: слишком уж большие и энергозатратные чипсеты, команда отказалась от них в пользу долгоживущей батареи. «За это нас ругали, но благодаря этому решению у нас имелся огромный плюс в виде Wi-Fi, – рассказывает Тапман. – Никто никогда ещё не снабжал сотовые телефоны настоящим Wi-Fi.
77
Импеданс, или комплексное электрическое сопротивление, – сопротивление между двумя узлами электрической цепи. –