Дроздовцев чествовали в Новочеркасске, как спасителей и освободителей, жители старались им угодить чем только могли. Дроздовские части, однако, ушли довольно скоро на юг на соединение с армией генерала Деникина. Уехал в Егорлыцкую генерал Марков, отдыхавший в Новочеркасске. Не прошло и нескольких дней, как армия генерала Деникина, усиленная частями дроздовцев, двинулась снова на юг, на Кубань. Начался Второй кубанский поход. Бывшие в отпуске в Новочеркасске Мартыненко, Мино и я бросились догонять свою батарею. Уже по дороге мы узнали тяжелую новость: генерал Марков был убит в первом же бою около станции Шаблиевка, в направлении на Торговую. Последняя граната, выпущенная с красного бронепоезда, уже отходившего с отступающими красными цепями, сразила генерала-героя. Трудно передать горе, охватившее всю его бригаду, нас юнкеров и кубанских стрелков. Наша победа под Торговой этой утраты не искупала.
На Торговой мы догнали батарею, узнали о ранении нескольких наших товарищей и сразу же окунулись в горячую боевую страду. После смерти генерала Маркова наша батарея получила имя «Марковской» и Офицерский полк название «Марковский».
Развернулась борьба за освобождение Кубани. Добровольческая армия отдохнула, пополнилась, и упорные бои под Тихорецкой, Армавиром, Сосыхой неизменно оканчивались отступлением, а зачастую и просто бегством красных. Мы неудержимо шли вперед. Нашу Первую бригаду вел заменивший генерала Маркова молодой полковник Преображенского полка Кутепов[24], командовавший в Первом кубанском походе гвардейской ротой Офицерского полка.
Но хотя наши части усилились и численно и материально (полк полковника Дроздовского имел, например, не только несколько батарей, но и броневую машину), красные усилились за это время еще больше. Помимо всех бывших на Кубани войск, от Ейска двигалась на юго-восток целая, почти регулярная, армия Сорокина, избегавшая столкновений с немецкими частями, двигавшимися от Таганрога также на юго-восток. От Царицына красные войска вновь начали наступление на Дон. Повсюду появлялись красные бронепоезда, вооруженные подчас орудиями крупного калибра.
Красная пехота уже не была прежним красногвардейским сбродом, — все чаще встречались обученные, устойчивые части, умевшие переходить в контратаки.
После боев в районе Торговой дроздовцы и наша бригада 6 июля заняли село Белая Глина, бывшее сильным опорным пунктом красных, прикрывавшим дорогу на узловую станцию Тихорецкая. Дроздовцы, при подходе к селу, ночью нарвались на сильную пулеметную заставу красных и понесли большие потери. Оставленные на короткое время раненые, в том числе и дроздовский герой-полковник Жебрак, были зверски изувечены и добиты. Дроздовцы утром ворвались в село и, так как красные части были в этом районе окружены, взяли много пленных. В память полковника Жебрака и других замученных дроздовцев все пленные были расстреляны.
Корниловцы и мы также захватили в Белой Глине пленных. Комиссаров, матросов и добровольцев из сельских мещан расстреляли, а крестьянских парней решили взять на пробу в свои ряды. Эти парни, в большинстве молодые солдаты-фронтовики, попали частью и в нашу батарею. Бригадное начальство создало из них полк, названный сначала «Солдатским», а после того, как полк себя хорошо проявил, переименовали в «Самурский». Самурцы получили потом старое полковое знамя Самурского полка. Наши новые солдаты из «пленных» оправдали себя полностью и впоследствии перемешались с солдатами-добровольцами из хуторян, примкнувшими к нам при наступлении на Харьков и Курск. Этих первых пленных называли в бригаде «Белоглинские добровольцы».
Главным опорным пунктом красных в этом районе была станция Тихорецкая, и большой маневренный бой вокруг нее продолжался почти три дня (с 13–15 июля). К вечеру третьего дня концентрическое наступление Добровольческой армии заканчивалось… Солнце садилось за полями высокой пшеницы. Наша батарея выходила на окраину хутора, откуда видны были фабричная труба, водокачка станции и сельская колокольня. Казачки гурьбой тащили нам белые пироги с вишнями, мед в кувшинах, густые желтые сливки. Звали нас — «освободители». Тут же вытащили хуторского портного, кричали, что это комиссар, коммунист и «иногородний». Загорелые пластуны, запыленные, покрытые потом, с крестиками за Каре и Ардаган лишь крикнули: «Ах ты, сукин сын! А ну беги, сволочь!» Бледный, трясущийся человек, почему-то в одних носках, сделал прыжок, метнулся в сторону и вдруг, пригнувшись, побежал в сторону пшеничного поля. Вслед ему затрещали выстрелы. Взмахнув руками, он рухнул навзничь.
24
Александр Павлович Кутепов (1882–1930) родился в семье лесничего. В 1904 году он окончил Петербургское пехотное юнкерское училище и отправился, добровольно, на дальневосточный фронт. По окончании войны поручик Кутепов переводится в лейб-гвардии Преображенский полк и назначается в его учебную команду. Вся дальнейшая служба Кутепова в предвоенные и военные годы протекла в старейшем русском полку. Во время мировой войны он был трижды ранен. 2 декабря 1917 года тридцатипятилетний полковник Кутепов, последний командир Преображенского полка, был принужден подписать приказ о его расформировании. Пробравшись на Юг, Кутепов участвовал в зимних боях добровольцев на Дону, а в начале Первого кубанского похода получил роту в Сводно-офицерском полку. После смерти полк. Неженцева Кутепов получил командование Корниловским полком, а летом 1918 года был начальником 1-й пехотной дивизии Добровольческой армии. После освобождения от красных Новороссийска, в августе 1918 года, Кутепов — Черноморский военный губернатор и водворяет в своей «Кутепии» полный порядок. С января 1919 года, произведенный в генералы, он назначается командующим Первого армейского корпуса Добровольческой армии, ведет его со славой до Курска и разделяет с ним горечь поражения. В Крыму, в 1920 году, ген. Кутепов командовал 1-м корпусом Русской армии (затем 1-й армией) ген. Врангеля. После эвакуации из Крыма Кутепов назначен начальником лагеря в Галлиполи (близ Константинополя) и в невероятно тяжелых условиях восстанавливает в нем военную дисциплину и своеобразный, неповторимый уклад жизни, который из почти каждого «галлиполийца» сделал человека особой породы до конца его дней. После распыления русской армии по Европе, в 1922 году, ген. Кутепов создал тайную организацию для борьбы с большевизмом, так называемую Кутеповскую организацию. В 1928 году, после смерти ген. Врангеля, он возглавил Русский Общевоинский союз (РОВС) и 26 января 1930 года был похищен в Париже советскими агентами