Приезжающие из тыла говорили о предстоящем прибытии новых формирований, об английских танках, присланных в Новороссийск[29], об успехах на Царицынском фронте, где гремело имя Врангеля[30].
Настал день общего наступления на растянутом фронте[31]. Полковник Кутепов объезжал части и говорил о предстоящем походе. От него веяло уверенностью в победе. «Не надейтесь на танки, — говорил он, — дело не в технике, а в силе духа»…
И действительно, уже на следующий день, и без помощи заморских танков, корниловцы, марковцы и дроздовцы отбили красных. Конница генерала Шкуро гнала красных повсюду, и корпус Кутепова быстро продвигался на Харьков.
Глава 5 НА МОСКВУ
После взятия Харькова 25 июня Марковские батареи развернулись в «Артиллерийскую генерала Маркова бригаду» и получили новые английские пушки. Победа нам улыбалась.
Первый батальон идет впереди: белые «марковские» фуражки видны далеко, черные ротные значки не колышатся. Загорелые лица офицеров и солдат дышат отвагой и мужеством. Враг — не страшен.
Вокруг вся степь в красных маках. Голубые леса на горизонте, вдали кое-где маковки белых церквей. Как хорошо идти туда, вперед, где за голубым далеким горизонтом грезится Москва… Отряд ведет капитан Большаков, командир Первого батальона. Он — из бывших студентов; в батальоне у него много бывших пленных красноармейцев, но он умеет их перевоспитывать. Его любят, и батальон его считается лучшим в полку. Бывший московский студент, социалист-революционер, стал идеологом Добровольчества и Белой борьбы. Он поэт и писатель, и наброски его появлялись в ростовских газетах. Обратили на себя внимание его короткие строчки о войне, посвященные добровольцам и марковцам:
Но до Москвы еще далеко, а близко впереди лишь Томаровка, красивое село на берегу речки с крутыми берегами, за коими, окруженная садами, блестит златоглавыми куполами женская обитель. Томаровка, занятая красными, наша сегодняшняя цель.
«Стой!.. Первое орудие, с передков — направо!» — командует капитан Шперлинг. Рота Первого батальона уже впереди, рассыпанная в цепь.
Стрелять нам почти не пришлось. Томаровка занята 13 июля. Но недолго мы стояли там спокойно. Положение наше оказалось сильно выдвинутым вперед, и красные могли нас атаковать с трех сторон. Началась упорная защита Томаровки и обители. К монастырю вплотную подступали густые дубовые леса, по коим, со стороны станции Готня, подходили свежие советские войска. Атаки их начинались обычно с рассвета, поэтому наша батарея должна была уже к четырем часам утра вставать и занимать позицию перед монастырем. Стреляли мы по лесам, лишь по предполагаемым целям, но патронов не жалели. Стреляли до темноты и лишь к полуночи ложились спать. И так ежедневно. Монахини часто приносили нам густые монастырские сливки и другие вкусные вещи. Давали отдыхать в их чистеньких, пахнущих кипарисом кельях, закрывая ставни от назойливых мух. Некоторые юнкера хотели посмотреть на молодых послушниц, но старые монахини тщательно охраняли их от взоров юнкеров. Защита монастыря придавала особую силу нашей обороне. Мы чувствовали выполнение какого-то долга.
29
Эти слухи о прибытии танков проникли и к большевикам, и на одном участке был случай, что пехота их обратилась в паническое бегство, приняв подъезжающую к цепям кухню за английский танк.
30
Барон Петр Николаевич Врангель (1878–1928) родился в семье знатной, но небогатой (его отец был директором страхового общества в Ростове-на-Дону). В 1901 году он окончил петербургский Горный институт и нашел свое истинное призвание — военное — лишь во время Русско-японской войны, на которой он отличился. С лета 1906 года Врангель служил в лейб-гвардии Конном полку. В 1909 году он окончил Академию Генерального штаба. Во время Первой мировой войны он показал себя храбрым и талантливым кавалерийским начальником и в январе 1917 года был произведен в генералы за боевые отличия. Поступив в Добровольческую армию в августе 1918 года, Врангель командовал конной дивизией и конным корпусом, с января 1919 года — Кавказской добровольческой армией, во главе которой он взял Царицын (30 июня). К тому времени ген. Врангель стал самым популярным военачальником на Юге России. Его несогласие со стратегией ген. Деникина (он оспаривал целесообразность «Московской директивы»), критика непорядков, разлагающих белые силы, а также плетущиеся вокруг него интриги привели к постепенному его отстранению ген. Деникиным от активной деятельности и в конечном итоге к его высылке из России в феврале 1920 года. Под давлением широких добровольческих масс (и отдельных военачальников) потерпевшему поражение Деникину пришлось, 4 апреля 1920 года, назначить Врангеля своим преемником. Ген. Врангель возглавлял Вооруженные силы Юга России и «Правительство Юга России» в течение 8 месяцев. За этот короткий срок Врангель проделал значительную внешнеполитическую и внутриполитическую работу, добился официального признания своей власти Францией, произвел широкую земельную реформу, создал выборное местное самоуправление. Но его борьба против большевиков, при незначительной поддержке Запада, была неравной, и в ноябре 1920 года Врангелю пришлось покинуть пределы родины. Ему удалось вывезти 145 000 человек (среди них около 70 000 вооруженных военных), благодаря хорошо подготовленной и проведенной морской эвакуации. За границей ген. Врангелю удалось сохранить русскую армию (сосредоточенную в трех военных лагерях около Константинополя) как сплоченную и боеспособную силу в течение всего 1921 года, несмотря на давление как советское, так и западное. Разъехавшиеся в 1922 году по Европе русские части (в основном в Болгарию и Югославию) на долгие годы сохранили духовное и идейное единство, которое еще укрепилось после создания ген. Врангелем, в 1924 году, Русского Общевоинского союза. Умер ген. Врангель в Брюсселе, 25 апреля 1928 года. П.Н. Врангель — бесспорно, один из крупнейших деятелей России XX века, но пришел он к власти, когда белая борьба в России была уже фактически проиграна.
31
Приказом от 20 июня (3 июля) 1919 года (получившим название «Московской директивы») ген. Деникин приказывал ген. Май-Маевскому, начальнику Добровольческой армии, наступать на Москву в направлении Курск — Орел — Тула. Ген. Врангель, во главе Кавказской армии, должен был идти из Царицына на Москву через Пензу, Нижний Новгород и Владимир. Генералу Сидорину во главе Донских частей предписывалось наступать на Москву между Кавказской и Добровольческой армиями. Одновременно с этим должны были вестись военные операции на Украине и на Астраханском направлении.