Урал грозный

Судьба сводит молодого поэта с опытными писателями — Махмудом Максудом и Алексеем Недогоновым, которые становятся для него не только литературными наставниками, но и добрыми друзьями.

В немногие свободные часы Мустай Карим пишет стихи и поэмы «Декабрьская песня», «Ульмасбай», в которых воспевается мужество советских воинов, их любовь к Родине. Эти произведения носят ярко выраженную национальную окраску.

В 1944 году Карим вступает в Коммунистическую партию..

В автобиографических записках поэта есть такие слова: «С войны я вернулся с двумя книгами стихов, двумя ранениями, безумно влюбленный в землю, в людей и безнадежно больной туберкулезом легких (пробитое осколками левое легкое сдало и подвело своего правого соседа). У меня было много друзей, а стало еще больше. Благодаря их усилиям и поддержке я выжил. Это было так. Официальная медицина признала меня безнадежным...»

В послевоенный период талант поэта возмужал и окреп, Мустай Карим становится признанным главой башкирской поэтической школы, и известность его перешагнула границы родной Башкирии.

Личные воспоминания о Великой Отечественной войне, факты биографии поэта легли в основу поэмы Карима «Черные воды» (1961). Тема войны и мира находит отражение и в других поэмах и стихах. Из наиболее значительных послевоенных книг Карима можно назвать «Цветы на камне», «Весенние голоса», «Реки разговаривают», «Берега остаются». В 1969 году в Уфе вышли избранные произведения поэта в двух томах.

За книгу стихов «Годам вослед» Мустаю Кариму была присуждена Государственная премия СССР за 1972 год.

Успешно выступает Мустай Карим и как драматург. Его пьесы «Свадьба продолжается», «Похищение девушки», «В ночь лунного затмения», «Страна Айгуль» идут на сценах театров страны, автору присвоена Государственная премия РСФСР имени К. С. Станиславского.

Творческую работу писатель, Герой Социалистического Труда Мустай Карим совмещает с общественной и государственной деятельностью. Он председатель правления Союза писателей Башкирской АССР, секретарь правления Союза писателей РСФСР, депутат Верховного Совета РСФСР нескольких созывов.

Я УХОЖУ НА ФРОНТ [13]

Отец привел мне своего коня.
Скакун дрожал, он был горяч на диво,
Копытом землю бил нетерпеливо.
А мать вручила дедовский клинок,
Чтобы за павших отомстить я мог.

Я ухожу, товарищи, на фронт.
Отец, пускай в семье никто не тужит,
Акбуз твой верный правдой мне послужит,
Клинок, слезой твоей омытый, мать,
Меня в сраженьях будет защищать.

Я ухожу, товарищи, на фронт,
Чтоб стариков текла спокойно старость,
Чтоб нашим девушкам краса осталась,
Чтоб наш Урал всегда стоял могучий,
Чтобы над Белой не сгущались тучи.

Товарищи, я ухожу на фронт
За ту весну, что навсегда настанет,
За светлый сад, которым край наш станет,
За маленького сына моего
И Родины любимой торжество.
1941
Перевод М. Шихтера

РАСПАХНИ ОКНО

Тучи собираются в лазури,
Ты не бойся, веселей гляди.
Распахни окно навстречу буре,
Молнии крылатые следи.

Громы прокатились по округе
В проблесках стихийного огня.
Ты не бойся! Вспоминай о друге,
Расскажи всем близким про меня.

Что тебя, далекую, утешит?
Ветер, завывая на лету,
Косы расплетенные расчешет,
Молнии рассеют темноту.

Если свет слепящий ночью брызнет —
Это я послал тебе привет.
Если буря — это весть о жизни,
А других не надобно примет.

Тучи собираются в лазури,
Гром незатихающий гремит.
Буду жить, пока грохочут бури,
И гореть, как молния горит!
1941
Перевод М. Дудина

ТРУБКА

Оттого был день солдатский ярок,
Что мое желанье отгадала
И прислала трубку мне в подарок
Девушка с далекого Урала.

И в письме горячем были строки
Торопливы, ласковы, строги:
«Береги страну в бою жестоком...
И, как память, трубку береги...»

Мы с полком прошли в кромешном мраке,
Только бурки рвались с наших плеч,
Я себя сберег в седьмой атаке,
Трубку не сумел я уберечь.

13

Я ухожу на фронт; Дождь; Украине; Цветы на камне; Мой конь; Далеко, где солнце всходит. — Опубликованы в кн. «Цветы на камне»,  М .: Молодая гвардия, 1949; в кн. «Цветы на камне», Уфа, Башкнигиздат, 1949.