В 1940 году была опубликована наиболее значительная поэма Асеева «Маяковский начинается». Главный ее герой — поэт-гражданин, боец за новые отношения между людьми, за новое искусство. В поэме удачно сочетаются черты дневниково-мемуарные и лирико-публицистические. За создание этого талантливого произведения Николай Николаевич Асеев был удостоен Государственной премии СССР за 1941 год.
В первые дни Великой Отечественной войны Асеев пишет стихотворение «Победа будет за нами!», в котором выражает чувства советских людей, поднявшихся на защиту Родины.
Находясь в эвакуации, поэт много работает: он создает поэму «Урал», стихотворения.
Поэма «Урал» — это рассказ о несметных природных богатствах края, его истории и трудовых, революционных традициях, о единой трудовой семье, объединившей людей разных национальностей.
Герой эпической поэмы «Пламя победы» (1945 г.) — весь советский народ, нашедший силы отбросить коварного в сильного врага от стен Москвы, разбивший его под Сталинградом и на Курской дуге, народ-победитель.
Обе поэмы, по мнению критики, не стали в ряд лучших о войне, не являются они вершинными и в творчестве самого Асеева. И все же эти произведения представляют для современного читателя не только исторический интерес. Они заняли свое особое место в антологии советской поэзии на тему Великой Отечественной войны: автор по-своему осмыслил в них подвиг народа, показал жизнестойкость, трудолюбие и мужество его в годину тяжких испытаний.
В послевоенный период выходит ряд новых поэтических и прозаических книг Асеева: «Раздумья», «Лад», «Зачем и кому нужна поэзия» и др.
(Поэма)
I
Стара земная кора,
ох как стара!
Большая прошла пора,
пока
с горой не сошлась гора.
Большие прошли века,
пока
русла не нашла река,
за веком век,—
пока не пришел человек.
Миллионы лет
земли изменялся цвет.
Миллионы лет,
которым пропал и след.
Миллионы лет
был пламенем
мир одет.
Кой-где
затвердели на ней
острова щиты.
А все остальные пространства
были огнем залиты:
московский щит,
сибирский щит
столкнутся так,
что в недрах земли трещит!
И вот
приходила опять
мильонолетья пора,
от столкновенья щитов
выпирала наверх гора:
края щитов
загибались концами вверх,
на дно щитов
пары океан низверг.
Края щитов
сшибутся — века дрожат,—
Уральский хребет
поднялся — меж них зажат,
и над землею,
от пепла и дыма седою,
окаменел
своей неподвижной грядою.
II
Урал похож
на каменное коромысло
от севера к югу,
на одном конце его
Карское море повисло,
сея седую вьюгу,
серое море Карское
с Байдарской сизой губой;
на другом конце его
море Аральское,—
небосвод всегда голубой.
А с коромысла,
каплями струи свивая,
водяные нити стекают висеть,
это — реки:
река Чусовая,
Белая,
Сосьва,
Печора,
Исеть.
А над водою —
каменных круч оскал,
каменных волн
остановившийся вал,
перед которыми
был человек
так мал,
что и голов даже
к ним не поднимал.
Но если
горы растут,
а реки текут,—
то человека
смелые мысли влекут.
Выше гор
и шире шумящих рек
хочет
хозяином мира
стать человек.
И вот —
породы,
залегшие в недрах
земных глубин.
И вот — народы,
задумавшиеся
о корнях своих судьбин.
Породы недра
и народа недра
пришли на помощь
друг другу щедро.
III
Века в России металла
на полный ход
не хватало.
Стояла
деревянная
да избяная Русь,
хватала за сердце
бескрайних просторов
грусть.
Плыла над страною
туманных столетий быль,
качал головою
сухой по степи ковыль.
вернуться
Урал. — Впервые опубликована в «Труде», 1943, 1 января; в кн. «Пламя победы». Л.: Советский писатель, 1946.