Глава 8
На следующее утро Фейт подумывала, не позвонить ли Зое и не сообщить ли ей о планах Элоиз, но в конце концов решила этого не делать. Зоя готовилась к экзаменам на этой неделе, и Фейт боялась, что она последует примеру сестры. Она мечтала увидеть свою дочь дома, не хватает еще, чтобы Зоя тоже отправилась кататься на лыжах куда-нибудь в Вермонт или к друзьям на Западное побережье. Слава Богу, Зое было пока восемнадцать, и мать имела право контролировать ее поступки. Рождество — это Рождество, и дети должны быть дома. А о планах Элоиз отправиться в Санкт-Мориц она расскажет к концу недели, если только девочки не созвонятся раньше между собой. Но они редко говорили друг с другом по телефону. Общение осложняла разница во времени. Фейт не могла прийти в себя от того, что Элли позвонила сначала отцу и тот, не посоветовавшись с ней, согласился с планами дочери. Ей казалось, что эти двое в заговоре и лишают ее права голоса, что до некоторой степени соответствовало действительности. Такова уж была природа их отношений. Размышляя об этом, Фейт вспомнила, что не сообщила Элли, что принята в два класса в Нью-Йоркский университет. Но ее так потрясло намерение дочери не появляться дома, что все это просто вылетело из головы. Может, Алекс сказал, хотя Фейт в этом сильно сомневалась. Ее желание вернуться к учебе он считал плохой новостью, да и дочь как-нибудь прокомментировала бы это событие. Она была папиной дочкой и вновь продемонстрировала это на деле.
Весь остаток дня Фейт занималась неотложными делами: купила упаковочную бумагу для подарков, кое-какие продукты и вещи по списку, который оставила Зоя. Дочь просила, чтобы все это было готово до того, как она приедет домой. К четырем Фейт вернулась домой и была в ванне, когда позвонил Брэд. Услышав его голос, она улыбнулась. То же самое она чувствовала раньше, когда ей звонил Джек.
— Привет, Фред, я в гостинице, только что приехал. Какие планы?
— Никаких. Я полностью в твоем распоряжении. Алекс уехал в Лос-Анджелес, так что все складывается очень удачно. Хочешь угощу тебя ужином? — На этот случай Фейт купила лишних продуктов.
— Ну уж нет, — рассмеялся он. — Хорош же я старший брат, если не в состоянии вывести младшую сестренку поужинать в приличное место. Что ты скажешь о Сохо[7]? Или предпочитаешь центр?
— На твое усмотрение. — Фейт восторженно улыбнулась. — Больше всего я хочу увидеться с тобой.
— У меня на примете итальянская забегаловка в Ист-Виллидже. Когда-то она мне очень нравилась! Посоветуюсь с портье, а за тобой заеду в половине восьмого.
— Не могу дождаться, когда увижу тебя.
Вешая трубку, Фейт все еще улыбалась. Она чувствовала, что радость предстоящей встречи немного снимает боль от предательства Элоиз. Ее ужасно расстраивало, что за праздничным столом они окажутся не вчетвером. Но она понимала, что Брэд в таком же положении, если не хуже — оба его сына находились в Замбии. Жалко! Прошли те дни, когда они выставляли угощение Санта-Клаусу и набивали подарками развешанные на камине носки. Справлять Рождество без одной или без обеих дочерей — мрачная перспектива.
Но она забыла об Элли, когда в семь тридцать Брэд позвонил в дверь. Фейт надела черные слаксы, черный кашемировый свитер, длинное красное кашемировое пальто и черные замшевые сапожки на высоких каблуках. Блестящие светлые волосы она стянула в аккуратный хвостик. И не забыла большие золотые серьги.
— Вот это да, Фред! — воскликнул он. — Да ты похожа на помощницу Санта-Клауса! — Брэд крепко ее обнял и, как некогда, оторвал от земли. Так он поступал, когда они были детьми. Потом поставил на землю, отошел на шаг, осмотрел с ног до головы и довольно улыбнулся. — Потрясающе выглядишь, все мальчики на юридическом факультете в тебя втюрятся.
— Это вряд ли, — рассмеялась Фейт. — Я им в мамы гожусь.
Брэд тоже выглядел потрясающе. Играя в теннис в Калифорнии, он слегка загорел, и от этого его глаза казались зеленее обычного. Густые темные волосы прекрасно подстрижены. Ему повезло: время никак не отразилось на его прическе. И даже под пальто и пиджаком угадывались крепкие мускулы.
— Брось, Фред, никто не заподозрит, что ты чья-то мама. Ну так что, идем ужинать? Я заказал столик там, где посоветовал мне портье. Он пообещал, что тебе понравится.
— Я готова есть хот-доги на станции метро — так рада, что ты приехал. — Фейт выглянула на улицу и увидела, что их ожидало такси.
Брэд взял ее за руку и повел к машине. Он тоже был в приподнятом настроении от того, что увидел старинную приятельницу.
Они сидели рядом и всю дорогу болтали. Брэд заказал столик в Сохо. Фейт рассказала ему о звонке Элоиз и о том, как он ее расстроил.
— Очень тяжело на душе, — согласился Брэд. — Мне самому страшно не понравился День благодарения без сыновей. Это был первый праздник без них. А Рождество грядет еще хуже. Пэм придумала новую пытку — обед на сто человек! Хорошо бы повезло и пришлось идти в тюрьму встречаться с клиентом. Не важно, где в будущем году окажутся сыновья, я твердо намерен их навестить. А вам бы всем рвануть в Санкт-Мориц и поразить Элоиз!
Его предложение рассмешило Фейт.
— Вот уж она обрадуется и ее приятель тоже. Но по крайней мере Зоя будет с нами. Боюсь, как бы и ее не посетили какие-нибудь светлые идеи, и поэтому ничего не сказала про Элли. Перед тем как позвонить мне, Элоиз разговаривала с Алексом, и он сказал, что не возражает против ее поездки. Я не хотела выглядеть злобной бабой и тоже согласилась. А он мне даже ничего не сказал.
Жалобы Фейт на мужа не были для Брэда новостью. В последние два месяца она частенько делилась с ним своими горестями. Брэд понимал, как ей с ним трудно — не только сейчас, так было всегда, — но проявлял осторожность и особенно не высказывался. Не хотел ее обижать. Но думал об Алексе то же самое, что в свое время Джек, а тот не стеснялся в выражениях, обсуждая своего нового родственника.
— Потрясающе, как дети и наши супруги умеют играть с нами. Пэм как-то заявила сыновьям, что они могут не приезжать домой на Рождество, потому что сама пожелала отправиться в круиз. Но мне призналась, только когда купила билеты. У ребят к тому времени уже возникли собственные планы. Все две недели путешествия меня отчаянно укачивало, и я заявил Пэм, что если она еще раз устроит что-нибудь подобное, я с ней разведусь. — Однако Фейт прекрасно знала, что Пэм продолжала поступать так, как ей хотелось. — Сыновья же были в восторге. В наше отсутствие притащили домой приятеля из Лас-Вегаса и провели праздник с парочкой девиц, каких-то актрисулек. И до сих пор вспоминают как самое удачное Рождество. — Брэд ухмыльнулся, и Фейт рассмеялась.
Она смотрела на него и по-доброму вспоминала брата. Приезд Брэда стал лучшим подарком на Рождество! Можно было поговорить, а не только обмениваться электронными письмами. Все последние два месяца он был ей предан, и оба не собирались терять друг с другом связь. Но приходилось рассчитывать в основном на электронную почту или телефон.
По дороге в ресторан они непринужденно болтали. Брэд рассказывал о своих последних делах, а когда такси проезжало Нью-Йоркский университет, весело напомнил, что скоро Фейт поступит на юрфак и будет учиться в этих стенах. С ним было легко и приятно разговаривать. И Фейт призналась, как сильно обидела ее Элли, когда заявила, что не собирается домой на Рождество.
— Конечно, очень трудно смириться с этим, Фред, — согласился Брэд и ласково посмотрел на нее. — Хорошо толстокожим, а нам тяжело наблюдать, как вырастают дети. Сам бы никогда не поверил, что так буду скучать по сыновьям. Но их дело — расправить крылья, а наше — позволить улететь из гнезда. Неприятное занятие, — добавил он и взял ее за руку.
Так они и сидели, пока не доехали до ресторана. Фейт удивился, какое это было уютное местечко. Официант отвел им столик в тихом углу. Фейт на случай, если станет холодно, повесила пальто на спинку стула. И Брэд невольно отметил про себя, насколько она привлекательна.
— Иногда я забываю, как ты выглядишь, — усмехнулся он. — Когда получаю твои электронные письма, представляю, что тебе лет десять или четырнадцать. А когда мы встречаемся, вдруг понимаю, что ты уже выросла.