– Для «советской Аэрокобры» требуется что-то помощнее, коллега Бурухин! – была заявка от авиационщиков.
– Да, куда ж ещё «мощнее», то! Ладно… Аналогичный фокус проделаем с патроном от «Шилки» – превратив его в 30-ми миллиметровый и, поручим Нудельману и Суранову вместо их херни – под названием «НС-37»[55], сделать для Родины что-нибудь по настоящему полезное. Устанавливать же на самолёты что-то крупнее тридцати миллиметров, я считаю ненужной и вредной глупостью – проще, на ракеты перейти. Я на сегодня всё, коллеги – выжат как лимон!
С единственного попаданца-оружейника, просто пот лился градом… Он, действительно, был чем-то серьёзно болен.
Помолчав, Ворошилов спросил уже идущего на своё место Бурухина:
– Ну, а на перспективу для пехоты? Или, так и будем весь двадцатый век «Максим» по полю катать, коллега?!
– Поживём – увидим. Не Дегтярёв с Горюновым – так Владимиров, возможно чем-нибудь нас удивят… А, глядишь – тот же Березин, свой авиационный пулемёт, под сухопутный станкач перезапилит… Недаром, он «универсальным» назывался!
После доклада Бурухина, среди коллег ещё долго шёл спор про пулемётное вооружение для пехоты РККА. Все наспорившись до хрипоты и не придя к какому-то единому мнению замолчали.
Лишь один человек в зале не только не спорил сам, но и почти не слушал спор других. Он сидел и закрыв плотно глаза и уши пытался вспомнить конструкцию пулемёта ПКТ.
Коллега Богданчиков Виталий Петрович «там» служил в кадрированном танковом полку наводчиком и, практически единственным его занятием – которое хоть каким-то боком можно отнести к повышению боеготовности, было разборка-сборка и чистка этого пулемёта. Танков в полку было тридцать с небольшим, прапорщиков на складах вооружения и техники – как бы не десяток, а вот наводчиков из постоянного состава – всего он один-единственный. После учений приписного состава, ПКТ ему ещё долго по ночам снился – деталь за деталью…
«В целом конструкцию я очень хорошо помню. Линейные размеры, допуски, марки сталей и всё такое прочее придётся подобрать опытным путём или взяв кого-нибудь местного оружейника в соавторы, рассчитать… Ничего! Время у меня ещё есть».
Глава 13. «Бог войны» любит полный апгрейд!
"Русская артиллерия стреляет хорошо, хотя с огромным расходом снарядов", – генерал Гинденбург, 1915 год.
– Коллеги! Следующей по важности темой, я считаю артиллерию, – объявил Ворошилов, – найдётся среди нас, кто хочет по ней выступить?
– Конэчно, «найдётся»! Тот…, – Сталин, как-то опасливо посмотрел на кремлёвский потолок, – …тот, кто всё это замутил, «упаковал» нас конкрэтно. Илларион Аветович, пожалуйте в студию!
Поднявшийся с места молодой человек явно «кавказкой» наружности, покрутил по сторонам головой…
– Мирзаханов Илларион Аветович, – представил Вождь под редкие хлопки, – «сейчас», он работает в Коврове – на должности заместителя директора местного Оружейного завода…
Предыдущий докладчик – коллега Бурухин, привстав, с удивлением посмотрел на своего заместителя.
– Да, да! Это – ваша «правая рука», Андрэй Михайлович!
«Хлопки» усилились и участились.
– …«У нас» Илларион Аветович долгое время работал на ОАО «Нижегородский машиностроительный завод» – весь двадцатый век, славном своими артиллерийскими системами. На нём, начинал главным конструктором сам Грабин – «тот самый Грабин»! Добро пожаловать на трибуну, коллэга Мирзаханов!
«Бурные, продолжительные аплодисменты»!
Илларион Аветович, встал за трибунку, несколько смущённо и застенчиво раскланялся и, первым делом спросил у Наркома обороны:
– Коллега Ворошилов, а какой Вы видите устройство Красной Армии? Я не про «перманентную мобилизацию», там понятное дело – «устраиваться» будет, как Бог на душу положит… Я про обыкновенную – довоенную РККА.
Вокруг, все спохватились:
– А, ведь действительно? КАК?!
– Коллеги, извиняюсь – маху дал, что до сих пор ходил всё «вокруг да около»! – ответствовал, с виноватой миной тот, – Красная Армия, как и «в реале», будет сперва комплектоваться на милицейско-территориальной системе от военной «реформы Фрунзе» 1924-28 годов – ничего другого, мы ни чего не потянем чисто экономически. Однако, как говорится – «есть и, один нюанс»!
55
НС-37 (сокр. Нудельман-Суранов, 11-П-37 – на ранней стадии разработки) – советская авиационная пушка калибра 37-мм. Увеличенный калибр был выбран, исходя из необходимости обеспечить поражение как наземных целей (в том числе бронированных), так и воздушных (с возможностью сбить бомбардировщик одним попаданием).
Разрабатывалась А. Э. Нудельманом и А. С. Сурановым в ОКБ-16 начиная с 1941 года, испытывалась на фронте в 1943 году и по окончании испытаний пошла в серийное производство, которое велось вплоть до 1945 года. Предназначалась для установки на истребители ЛаГГ-3 и Як-9Т (в развал блока цилиндров двигателя), штурмовики Ил-2 (в подкрыльевые гондолы) и Су-8 (под фюзеляжем).
Хотя тяжёлый и высокоскоростной (начальная скорость больше, чем у немецкой ПТП Pak 35/36) снаряд увеличивал огневую мощь пушки, относительно низкая скорострельность и сильная отдача затрудняли поражение цели. Несмотря на то, что пилотов тренировали стрелять короткими очередями, на лёгких самолётах только первый выстрел был по-настоящему прицельным. Кроме того, поражение верхней брони средних и тяжёлых танков было возможно только на больших углах (более 40 градусов), что было труднодостижимым в условиях реального боя. По этим причинам пушка вскоре была заменена на Н-37, использовавшую укороченный 37×155 мм выстрел с меньшей начальной скоростью.