Улыбнувшись, как будто что-то забавное вспомнил, военный с немалой дозой сарказма сказал:
– Приходилось читать в художественной (да и не только в художественной) литературе, как наши радисты немецких «подслушивали» и даже хулиганили в «эфире» – говоря всякие обидные для фашистов слова. Что наши танкисты и лётчики по радио вызывали своих немецких коллег на честный поединок… Так вот, коллеги – всё это полнейший бред! У Красной Армии всю войну, даже приемников на их частоты не было. А со второй половины войны, для прослушивания и постановки помех использовали трофейные рации или полученные по Ленд-Лизу.
Естественно, после некоторого молчания, обильно послышались предложения, типа такого:
– Купить технологии – пока Германия на боку!
– Не выйдет, коллега: в конце двадцатых, в Германии экономический подъём. Да и, сказано же русским языком: технологии были разработаны «в начале 30-ых» – Гитлер у власти. Советско-германское сотрудничество – до 39-го года, накрылось неким мохнатым предметом!
– Если нельзя купить, значит – надо украсть! Чем интересно, у нас Коминтерн занимается?! Озадачить товарищей – нехай усиленный паёк отрабатывают и раздобудут для нас немецкие технологии.
– Держите карман шире, коллега! Это – шарага по распилу бабла, вроде нашкго «МММ». Впарят вам ушлые ребята-коммитерновцы какую-нибудь липу – не более того.
– Коллега прав: столько народу из «братских» компартий на нашем коште числилось – а про «Енигму» мы только после войны узнали…
– Разогнать тогда этот гадюшник к еб…еней матери и создать нормальную разведку!
Всей толпой покосились в сторону двери, где на страже зорко бдили коллеги Чекист и Важняк.
Докладчик же, отрицающе замотал головой:
– Увы, коллеги! Даже если немецкие коммунисты (большинство из которых, увы – еврейской национальности и, после 1933 года – рассядутся по концлагерям или сбегут из Германии) возможно «раздобудут» немецкие технологии – но вот освоить их, они нам не помогут. Для этого, нам нужна общая КУЛЬТУРА ПРОИЗВОДСТВА!!! По этой же причине, никто до конца войны не смог догнать немцев в области радиосвязи, а по окончанию её – по взаимному соглашению, страны-союзники уничтожили высокие технологии поверженного противника… Прямо как обиженные легионеры-римляне – метательные машины Архимеда. Радиопром СССР, правда, пытался их воспроизвести – лет 15–20 промурыжился, но без толку.
Внимательно слушавший Сталин, практически рявкнув, закончил дискуссию об купле или воровстве технологий у вероятного противника:
– Развели маниловщину, коллэги… Что толку, мэчтать об том – чего однозначно нэ будэт?! Раз, после войны нэ смогли «воспроизвести», то до неё – тэм более!
Потом, несколько иронично, в полушутливой форме:
– Вот, оккупыруем Германию раньше союзников по плану «Лэдокол» коллэги Триандафиллова – тогда и, посмотрим на фашисткий «хай-тэк»…
Тот кстати, был настроен уже не так оптимистически:
– Коллега Сталин думает, что с такой радиосвязью – это получится достаточно быстро? До того момента, когда в войну в Европе вмешаются США?!
– «Коллэга Сталин» нэ думает – он увэрен, что три наши радиоэлектронщика, что-нибудь да придумают…
Вдруг, спохватившись:
– Кстати, коллэги, разрэшите прэдставить: Минц Александр Львович! «У нас» он был полковныком Войск связи, дослужился до начальника связи крупной части войск РВСН. «Здесь», Александр Львович – участник Гражданской войны, в которой командовал радыодивизионом Первой конной армии[61]. С 1921 года занимал должность начальника радиолаборатории Высшей военной школы связи в Москве. Это под его руководством была разработана первая отечественная ламповая радиотелеграфная станция «АЛМ» – принятая на вооружение Красной Армии в 1923 году. С этого же года, коллега Минц был назначен начальником Научно-исследовательского института связи (НИИС) РККА… «Бурные и продолжительные аплодисменты», коллэги!
61
"В моем подчинении было 13 радиостанций, 125 человек и 220 лошадей. Так, неожиданно для себя, я стал кавалеристом», – Минц А.Л. «Автобиографические записки».