– Чего же? – Стас беспокойно дернул плечами. «Неужто кто из тайных соглядатаев усмотрел, как Костюшко табакерку с письмом мне передал?» – мелькнула у него мысль. Несмотря на то что в постскриптуме узник добавил, что Стас волен рассказать о содержании письма начальству, он решил пока оставить его в тайне, не находя ничего преступного в просьбе пана Тадеуша.
– Да ты успокойся! Чего так встрепенулся? Я о третьем разделе Польши, что месяц назад утвердили. И об отречении от престола их польского короля Понятовского. Неужто обошли стороной эту тему? Для государыни она многое значит. Недаром к ее именинам подписание было приурочено.
– И словом не обмолвились, Михайло Иванович, – с облегчением выдохнул Стас. – Костюшко молчал, и я решил его поберечь.
– А вот это зря. Для чего его беречь? Для виселицы? Ты, Станислав, этот вопрос обсуди с ним, как после праздников к работе вернешься. Надобно знать, что он об этом думает. Польша без короля осталась. А любому дураку ясно, что вскорости либо новая борьба за польскую корону должна начаться, либо пришло время Польшу доедать до конца. Вот и выясни у Костюшки, каков сейчас расклад сил среди варшавских магнатов. Есть ли там который польского трона достойный? Такой, чтобы и свою шляхту утихомирил, и чтобы противу нас по новой не попер. Французских бесстыдств матушка Екатерина в Варшаве не допустит. Ну а пока можно и отдохнуть. Рождество завтра. Будет у меня к тебе, Станислав, только одно поручение на праздники. Так, пустяк. Вот, пущай твой помощник и доложит. – Советник кивнул Щеглову.
– Генерал-майор Герхард Шатенфельд… – начал было Щеглов.
– Слыхал о таком? – перебил того Репнин, вопросительно уставившись на Стаса.
– Не слыхал.
– И я раньше не слыхал. У нас генералов много служит, всех не упомнишь. И немцев среди них хватает. Продолжай! – Он снова кивнул Щеглову.
– Генерал Шатенфельд пропал еще в феврале. С тех пор ни слуху ни духу. Родные поначалу думали, что он загулял, а после на войну укатил. Случалось с ним такое, – многозначительно поглядел на советника Щеглов. – Выпить любит. Армия вернулась на зимние квартиры, а его нет. Пошло-поехало, докатилось до генерал-прокурора.
– Он это дело под свою опеку взял и нам спустил. Поначалу думал, что у нас голубчик сидит, – опять вставил Репнин. – Надо отыскать вояку этого, Станислав.
– Где ж его искать, Михайло Иванович? Да и сведений кот наплакал.
– Не спеши, шляхтич. Продолжай, Щеглов.
– Удалось выяснить, что незадолго до пропажи генерал этот зачастил в известный дом на Английской набережной.
– Смекаешь, Станислав?
– Нет, Михайло Иванович! Что за дом такой? И я тут каким боком?
– Хватит тебе, шляхтич, по кабакам да рынкам ошиваться. Пора в свет выходить. Уже сколько времени в Петербурге, а не знаешь, что в доме на Английской набережной проживает и устраивает самые пышные светские приемы Ольга Александровна Жеребцова. Фрейлина двора, статс-дама. Ее «достоинств» не пересказать. И при всех своих достоинствах она самая отчаянная авантюристка при дворе. И всё ей с рук сходит. Потому как она родная сестра самого Платона Зубова. Про Зубова-то слыхал, надеюсь?
– Про Зубова кто ж не слыхал? – кивнул Стас. – Фаворит императрицы. Всю власть в государстве под себя подмял. Всеми высшими чинами и должностями сам себя наделил. И братья его…
– Опять ты, шляхтич, не уймешься, – оборвал его Репнин. – Разошелся – не остановить. Сказал, что слыхал, и довольно. Только не гунди опять, что это я тебя научил.
– Михайло Иванович…
– Ох, шляхтич-шляхтич. Рановато тебя еще в люди выпускать. Боюсь, ляпнешь что опять не то да не там. Только делать нечего. Генерал-прокурор поторапливает. Я тебя на той неделе просил платье себе поприличней подобрать, – напомнил Стасу советник. – Купил? Вот и отлично. Послезавтра днем ты приглашен на ассамблею[25] к самой Жеребцовой. Вот так, пан Станислав. Ты там перья распусти да разузнай аккуратно про Шатенфельда. Гости у Жеребцовой сплошь из знати. В лоб таких людей никто не спрашивает и уж тем более в Тайную экспедицию не таскает. А генерала найти надо. Жеребцовой чар можешь не опасаться. Она без памяти в английского посланника влюблена. Тот чуть не в ее доме поселился при живом-то муже.
– Не по мне это, Михайло Иванович. Не справлюсь. Может, Щеглова пошлете?
– Не рассуждать! Станислав, это не просьба, это приказ. И потом, ну, погляди ты на нашего Ваньку! – Репнин повернулся и осмотрел Щеглова с большим сомнением. – Ну куда его к Жеребцовой? И вот еще. Ты давно Софию не видал? Ей уж приглашение в Смольный доставили. Так что она тоже на той ассамблее появится.