— Так может, это… — вклинился Митрич, внимательно прислушивающийся к нашему разговору. — Может, нам свезет, и мы там так до конца и отсидимся? Раз никому эти земли нафиг не нужны?
— Ага, размечтался! — фыркнула Королева. — Это на начальный период они никому даром не сдались, а когда народ под будущее королевство земли подгребать начнет — к нам быстро войска пожалуют. Низкоуровневые локации всем нужны, надо же где-то молодняк качать. Так что спокойной жизни нам — месяц, пока защита не спадет. Да и потом спать вполглаза придется, за таким лакомым куском и до выплаты денег могут пожаловать.
— Беда! — вздохнул Митрич. — У меня пет только через две недели вылупится, так я с ним и поохотится не успею.
— Вот только твоего крокодила нам для счастья и не хватало! — влезла в разговор Семеновна. — Ты его Геной назови, как раз тебе, чебурашке, в пару будет.
— Сама ты крокодил! — обиделся Митрич. — Старуха, блин, Шапокляк! Дракон это будет, чую — дракон! Летающий! Он мне свинюков прямо сверху поджаривать будет, и смолить не надо!
И охотник мечтательно улыбнулся.
— Ага, ага! — обрадовалась Семеновна. — А тебя мы в «усатую кхалиси» переименуем, я тебе только брови сурьмой подведу, чтобы почернее были.
Разгорающуюся свару прервал вышедший из кабинета Андрюшка. В руках он держал ворох бумаг и какую-то шкатулку.
— Все! — улыбнулся он. — Сказали: «бери своих холопов и топайте во двор, к телепорту, смертнички».
Едва оказавшись на месте, я сразу понял, что имела в виду травница, когда говорила, что боярская усадьба удачно расположена. Усадьба — небольшой двухэтажный каменный дом — стояла на самом берегу широкой реки. Вокруг — луга, которые справа переходили в какие-то холмы, а слева виднелся дремучий лес.
— А что, нормально! — Митрич профессионально обозревал окрестности. — С юга мы, считай, прикрыты, если у них только отрядов «морских котиков» нет. Подходы все просматриваются, незаметно не подкрадешься. Ну а в крайнем случае всегда рекой уйти можно, надо только лодку где-то стырить.
— Тебе лишь бы воевать, солдафон! — напустилась на него Семеновна. — Хотя да, домишко ладно встал. Глянь, Мить, как тебе удобно будет — река куло хаты, почитай, прямо с крыльца рыбалить можно. И нам с Андрюшкой к тебе возвращаться не надо будет, время терять. Даже если из реки какой водяной полезет — всегда в хату шмыгнуть успеешь и на засов закрыться.
— Да, это мы удачно зашли, — согласился я. — Ну что, пошли квартиру смотреть[63]?
Смотреть, собственно, было нечего. Никакого тебе забора, никаких дворовых построек, да и сам дом был практически пуст, с минимальным набором мебели: печь, стол, стулья, пять кроватей и пара пустых сундуков. Как резюмировал Митрич, «гольная базовая комплектация». Заминка вышла лишь в одной из комнат, где обнаружилось нечто вроде широкого и длинного каменного топчана.
— А это еще что за хрень? — Митрич пару раз пнул саркофаг, как колесо от машины.
— Это, Сережа, как в сказке, — хихикнула Сергеевна, и процитировала:
— Какой еще нафиг гроб? — не понял Митрич.
— Сляпой! — передразнила его командирша. — Ну что ты тупишь? Привязка для возрождения это, здесь мы воскресать будем, если убьют.
— О! — почему-то повеселел Митрич. — Это хорошая, годная тренировка. Актуальная, я бы сказал! Будем команду «помирать» отрабатывать, самое время. Все равно к земле привыкать пора, на том свете нас, поди, уже с фонарями ищут.
— Типун тебе на язык! — обозлившаяся Семеновна отвесила охотнику пинка.
— Да помолчите вы! — влез в разговор Андрюшка.
— Звиняйте, барин! Как скажете, барин! — тут же переключился Митрич, принявшись отбивать шутовские поклоны.
Андрюшка покраснел и объяснил:
— Да мне владение активировать надо.
— Ну так активируй. — Митрич отошел в сторону. — Сразу бы и сказал.
Андрюшка извлек из выданной в Бюро трудоустройства шкатулки красный кристалл и вставил его в нишу в изголовье «саркофага». Верхняя плита засветилась, и на ней появилась надпись: «АКТИВИРОВАТЬ ВЛАДЕНИЕ? ДА/НЕТ». «Сын боярский» нажал «Да», и надпись сменилась следующей: «ВЛАДЕНИЕ АКТИВИРОВАНО. ДО ОКОНЧАНИЯ АДАПТАЦИОННОГО ПЕРИОДА — 31 ДЕНЬ. ДЛЯ ПРИВЯЗКИ ПРИЖМИТЕ ЛАДОНЬ К ПЛИТЕ. МАКСИМАЛЬНОЕ КОЛИЧЕСТВО ПРИВЯЗОК — 100». Мы впятером положили руки на плиту, причем Митрич свою предварительно вытер о штаны, а потом прочувствовано изрек: