Выбрать главу

Помещение Мэри состояло из спальни и маленькой гостиной, отделанных в голубом и розовом тонах. Вид на море и сад были великолепны, и Мэри была положительно очарована.

Все послеобеденное время девушка посвятила осмотру сада со множеством цветов; с высокой беседки открывался вид на морскую даль и направлявшиеся в ревельский порт суда.

Веселая и довольная легла Мэри в постель и вдруг взглянула на висевший на стене портрет, который невольно рассмешил ее. Портрет изображал покойную фрейлен Элеонору, рассказами о которой баронесса потешала общество в продолжение целого вечера, осмеивая ее маленькие слабости и устарелые воззрения.

Мэри тоже много смеялась вместе со всеми, и теперь вид портрета вызвал у нее новый взрыв хохота, но постепенно строгие и вдумчивые глаза, глядевшие со злобою и насмешкой, стали вызывать у нее неприятное впечатление. Девушка отвернулась к стене, чтобы не видеть их, и скоро крепко уснула, но сон ее был неспокоен. Мэри тревожно ворочалась на постели: ее мучили то ли причудливые видения, то ли кошмары.

Ей снилось, что она находится в замковом саду, как вдруг на горизонте появилось огромное черное облако и быстро заволокло небо, заслонив собою дневной свет. Стало темно, как ночью, но из темных туч засверкали красные, как кровь, струи света, озарявшие предметы каким-то зловещим оттенком.

Затем темные облака растаяли, открылся грот, среди которого на троне восседал сам Сатана и протягивал к девушке свои волосатые когтистые руки, стараясь схватить ее. Пораженная ужасом, она хотела бежать, укрывшись бывшим на ней черным широким плащом, как вдруг из каждой складки плаща стали появляться бесчисленные тучи отвратительных маленьких существ и, словно рой пчел, наполнили воздух. Крошечные чудовища кусали и щипали ее, она же, как безумная, бросалась во все стороны, спасаясь от своих преследователей. Затем внезапно послышались стоны и выстрелы, и Мэри поскользнулась на чем-то мокром и липком… Оказалось, что это лужа крови. В нескольких шагах от девушки стояла тощая Элеонора, указывала на нее пальцем и смеялась звонким смехом. Мэри вскрикнула и проснулась вся в поту, дрожа как в лихорадке.

— Фи, какой страшный кошмар! — прошептала она и встала, чтобы достать из саквояжа успокоительные капли. Выпив их, она легла и вскоре заснула здоровым молодым сном.

За завтраком баронесса спросила смеясь:

— Хорошо ли вы спали, Мэри, и что видели во сне? А у меня был отвратительный кошмар. За мной гнался тигр, а я с криком спасалась от него и все падала. В эту минуту раздалось несколько выстрелов, и я почувствовала, как тигр укусил меня. Затем я проснулась.

— Боже мой, да у меня тоже был кошмар, и я тоже слышала выстрелы! Моя старая няня сказала бы, что это плохая примета! — воскликнула Мэри.

— О! Кто же верит приметам в наш просвещенный век! — заявила м-ль Доберо, француженка-гувернантка, блиставшая «здравомыслием». — Объяснение легко найти: какой-нибудь охотник, вероятно, стрелял поблизости воробьев, отсюда и сходство снов м-ль и мадам, которые обе слышали выстрелы.

Все засмеялись и не думали больше об этом случае.

Глава III

В пятницу приехал доктор Заторский, и его появление оживило замок. Играли в крокет и лаун-теннис, катались по окрестностям и возвратились только к вечернему чаю.

Украдкою, но с живейшим интересом наблюдала Мэри за доктором. Раньше она даже не смотрела на него, но толки о том, что он — возлюбленный баронессы, возбудили ее любопытство.

В настоящее время не щадят слух молодых девушек — многое, чего им не следовало бы знать, громко обсуждается в их присутствии, не говоря уже о том, что столбцы газет полны описаний драматических страстей и срамных романов, которыми молодежь потихоньку зачитывается.