– Генерал, – говорю я, стараясь добавить в голос воодушевления.
Он смотрит мимо меня на город, сложив руки за спиной. Как случайный прохожий, залюбовавшийся прекрасным видом.
Он ждет, не проявляя своей власти надо мной, пока не будет готов. Всему свое время.
– Ну, Мария! – Он наконец поворачивается ко мне. – Нравится тебе эта сцена?
Крики на берегу привлекают мое внимание: многоголовая и многоногая толпа обступила жертву. Те, что с краю, бьют кого-то посередине. Он выползает у них из-под ног на четвереньках и, шатаясь, встает. Его тут же снова сбивают с ног. Двое держат, а третий пинает ногой в лицо.
– Теперь ты видишь. Как Господь. Заботится об англичанах, – произносит генерал в своей отрывистой манере.
Я не стала говорить, что, на мой взгляд, англичане и сами способны о себе позаботиться. Вместо этого осмеливаюсь спросить:
– Теперь мы можем плыть дальше?
– Нет. Сначала я хочу закончить дела. С местными властями.
Сердце пропускает удар.
– Кстати, вот и они. – Он указывает на берег, откуда отчаливает шлюпка. Диего с пленниками разместился на носу, корма нагружена людьми, сундуками, бочками и оружием. На берегу вторая партия с кучей награбленного добра остается ждать возвращения шлюпки. Я вижу среди них Томаса, перепрыгивающего с ноги на ногу на раскаленных камнях.
– И ты должна пойти со мной. – Генерал протягивает руку.
От этой мысли у меня кровь стынет в жилах: я-то видела, кто находится среди пленных.
– Но почему?
– Потому что они этого не ожидают.
12
Шлюпка приближается. Тень набегает на лицо Диего, когда рядом с генералом он видит меня. После ссоры мы не разговаривали. Он причаливает к кораблю и протягивает руку первому пленнику.
– Добро пожаловать на борт к нашему генералу. Он хороший человек.
Это он, судья! Разжирел еще больше с тех пор, как я его видела. Он пытается встать сам, отказываясь от руки Диего, опираясь на трясущиеся, как у новорожденного козленка, ноги. Повернувшись к человеку в облачении священника, сидящему позади него, он возглашает:
– Заметьте, падре! Я поднимаюсь на борт только под угрозой насилия. – Он тычет украшенным рубиновым перстнем пальцем туда, где мы ждем на носовой палубе.
– Никакого насилия, – говорит Диего. – Мой генерал хочет просто поговорить с вами.
Судья поднимается на борт. Его взгляд перебегает с генерала на меня и обратно, он застывает как вкопанный, так что идущему следом священнику приходится подтолкнуть его в спину.
При виде него мне хочется провалиться сквозь палубу.
– Вы находите уместным, – брызжет слюной судья, – приветствовать представителя его превосходительства вице-короля Новой Испании, стоя бок о бок со шлюхой? И это на Страстной неделе!
Генерал окидывает судью высокомерным взглядом.
– Кэри… – предлагает он львиногривому джентльмену ответить вместо него.
– Вы оскорбляете нашу гостью, алькальд, – говорит Кэри. – Она уже некоторое время путешествует с нами. Помогает с приготовлением пищи.
Я смотрю на него с удивлением. Я и не предполагала, что он меня заметил.
– Знаю я, чем она вам помогает, – брюзжит судья. – Я ее знаю. Она стояла передо мной.
Диего толкает судью в спину рукоятью шпаги.
– А теперь, – тихо говорит он по-кастильски, – вы стоите перед ней. И я предупреждаю, следите за тем, как вы с ней разговариваете.
Судья сжимает и разжимает кулаки, его пухлые пальцы, перетянутые множеством колец, напоминают тамале[15]. Путана ди дио, мне еще придется за это заплатить.
С ревом и хохотом англичане взбираются на борт. Они увешаны алтарными облачениями и распятиями. Друг к другу они обращаются не иначе как «падре». Гнусный Пайк сдергивает с шеи дамасский алтарный покров и вытирает им пот со лба. Потом плюет на него и трет кровавый порез на предплечье. Священник наблюдает за ними, прижав руку к животу, как будто его сейчас стошнит.
Генерал прерывает молчание.
– Это единственные мужчины в городе? – Он осматривает их, как бычков на базаре.
– Единственные, кто не умеет быстро бегать, – говорит Диего. – Священника мы нашли в церкви, где он поклонялся изображениям и ложным идолам. Естественно, мы позаботились о них ради спасения его души.
– Пайк позаботился о них, – смеется один из моряков.
– Судья заседал в здании суда, – продолжает Диего, – отдавал приказ о новых зверствах в отношении какого-то бедняги, который воспользовался случаем и сбежал в горы. Судебные чиновники также сбежали. Что же касается алькальда, вы сами видите, что бегать он не в состоянии.
15
Традиционное мезоамериканское блюдо – тесто из кукурузной муки, обернутое кукурузными или банановыми листьями, приготовленное на пару.