На третий день наступления, 18 марта, в районе Нойштадта части 21-й армии встретились с 59-й армией генерал-лейтенанта И. Т. Коровникова. В котле оказались 3 пехотные, 1 моторизованная дивизии и несколько отдельных полков и батальонов врага. Абсолютное большинство окруженных войск составляли эсэсовцы.
19 марта, находясь на наблюдательном пункте 21-й армии, маршал И. С. Конев подписал короткий, но весьма выразительный приказ. В этом тоже проявился стиль Ивана Степановича.
«Комбатам, комполкам, комдивам 225, 285, 229 и 120 и дивизий 21-й армии. Окруженный противник пытается прорваться в направлении Штейнау. Враг деморализован, прорывается отдельными группами, без техники. Приказываю:
1. До ночи выходящие группы противника уничтожить, пленить. Всем сержантам и офицерам дерзко и смело атаковать врага. Не опозорить войска 21-й армии, 4-й гвардейской танковой и не выпустить врага из окружения.
2. Приказ довести до всех рядовых, сержантов, офицеров всех родов войск»[59].
Бойцы и командиры армии требование маршала И. С. Конева выполнили с честью. Деморализация войск противника была полной. Часто можно было наблюдать одну и ту же картину: под конвоем единственного советского конника шла рота, а то и батальон гитлеровцев. По команде они складывали у обочины дороги винтовки, автоматы, пулеметы, пистолеты.
И эсэсовцы навоевались…
Медленно, хотя и неотвратимо шагает по земле справедливость, тернисты пути ее. Нужны были годы жестоких испытаний, иссушающее душу отступление, нечеловеческое напряжение всех человеческих сил, материальных и духовных, под Москвой и Ленинградом, под Сталинградом и на Кавказе, на Малой земле и в Брестской крепости, чтобы потом остановить сильного, обнаглевшего и зарвавшегося врага, накопить свежие силы и погнать его на запад… Были пепел Смоленска, руины Киева, голодная и холодная смерть ленинградцев, человечество узнало о Бабьем Яре и Бухенвальде, Майданеке и Освенциме, Треблинке и Орадуре, Лидице и Хатыни…
Но справедливость пришла, фашисты узнали возмездие. Есть нечто тупое и отвратительное в конце третьего рейха: сохранившиеся чванливые надписи на стенах и белые тряпки в окнах домов, истошные вопли Геббельса о великой немецкой нации и подобострастные, виноватые улыбки жителей германских городов…
Главари третьего рейха метались, как затравленные волки. Не о сохранении Германии уже думали они, а о своей шкуре. Каждый час их жизни оплачивался, конечно, жизнями тысяч их соотечественников. Ничто ведь не могло отодвинуть развязку. Гитлеровская Германия расползалась, как гнилая ткань.
Разгром оппельнской группировки противника открыл войскам 1-го Украинского фронта дорогу в Чехословакию. 21-я армия готовилась к действиям на пражском направлении.
Все мы уже видели: войне приходит конец. Мы еще не знали в апреле 1945 года, что война с немецким фашизмом продлится тысячу четыреста восемнадцать дней. Но около тысячи четырехсот дней было и тогда уже позади. Дни и ночи четырех лет войны — это массовый героизм на фронте, исполинский труд в тылу, героизм и труд мужчин и женщин, детей и стариков, русских и представителей всех других наций Советского Союза, рабочих, колхозников и наркомов, рядовых бойцов и маршалов, многочисленных производственных и научных коллективов…
В величественное здание победы внесли свой большой вклад и политработники. Л. И. Брежнев в своей книге «Малая земля» писал, что главным оружием политработы «было страстное партийное слово, подкрепленное делом — личным примером в бою. Вот почему политработники стали душой Вооруженных Сил». Глубоко справедливые слова! Настоящий политработник — тот, кто делает общее со всеми дело, делит со всеми тяготы и лишения фронтовой жизни, кто находится всегда на самом трудном участке, кто заботится не о себе, а о других, об общем деле, решаемом ротой, полком, дивизией, армией, фронтом. Успех дела, обеспеченный мужеством и героизмом людей, — высшая награда командиру и политработнику за его труды.
В завершающие дни Великой Отечественной войны очень большое впечатление у меня оставили красота горной, просыпающейся и цветущей природы Чехословакии, теплые, дружеские встречи с населением этой братской страны.
Спустившись с горных хребтов, соединения 21-й армии овладели городом Яромерж в Восточной Чехии, из которого едва успел бежать штаб группы фашистских армий «Центр» во главе с генерал-фельдмаршалом Шернером. Это были последние активные боевые действия, которые провела армия генерал-полковника Д. Н. Гусева на фронте борьбы с немецко-фашистскими полчищами.