Основные требования к партийно-политической работе в новых условиях я изложил на небольшом совещании командования дивизии во время затишья. Они были опубликованы в газете «Таманец».
О каких же особенностях деятельности партполитаппарата шла речь?
Прежде всего надо было довести до сознания каждого красноармейца то, что страна оказалась в величайшей опасности. «Совнарком СССР и ЦК ВКП(б) заявляют, — говорилось в директиве СНК СССР и ЦК ВКП(б) партийным и советским организациям прифронтовых областей от 29 июня 1941 года, — что в навязанной нам войне с фашистской Германией решается вопрос о жизни и смерти Советского государства, о том — быть народам Советского Союза свободными или впасть в порабощение»[13]. Суровая правда должна была всколыхнуть массы воинов.
Партия требовала далее покончить с благодушием и беспечностью, повысить бдительность воинов, в том числе и тыловых частей, довести до высших пределов собранность, боевую готовность всех подразделений. В передовой «Правды» от 28 июня было хорошо сказано об опасности шапкозакидательских настроений. «Враг силен, — говорилось в статье, — было бы легкомыслием недооценивать его силы… Нельзя тешить себя мыслями о легких успехах». Все это в полной мере относилось и к нам. Мы знали, что у некоторой части бойцов и командиров проявлялась недооценка силы румынских войск. Успешные боевые действия против 13-й и 17-й пехотных дивизий, захват большого количества пленных, проявлявших антинемецкие и антивоенные настроения, могли создать ошибочное мнение, что румынские войска при первых же неудачах прекратят войну. Но это не соответствовало действительности. Румынские войска действовали совместно с солдатами 11-й немецкой армии. Их, как правило, гнали в бой немецкие автоматчики и поддерживали фашистские танки.
Чрезвычайно важно было также вселить в сознание воинов уверенность в победе над врагом, повести решительную борьбу не только с шапкозакидательством, но и с переоценкой сил и возможностей гитлеровских войск, способной породить неверие в собственную мощь, растерянность и панику. Для этого следовало шире использовать примеры из героической истории нашей Родины. А история свидетельствовала, что русские солдаты входили победителями в Берлин, а немцам не доводилось вышагивать по брусчатым мостовым нашей столицы.
Мы должны были организовать беспощадную войну с дезорганизаторами тыла, дезертирами, паникерами, распространителями слухов, беспощадно уничтожать шпионов, диверсантов, вражеских парашютистов, преодолеть танкобоязнь и страх окружения. Трусов и паникеров требовалось расстреливать на месте.
Новой была для нас и задача воспитания у бойцов ненависти к захватчикам. Надо было всеми формами и методами работы звать их к беспощадному уничтожению орд, вторгшихся на нашу землю. Каждый захватчик, говорили мы, который топчет нашу священную землю, — фашист, и ты, воин, должен убить его!
Как и в мирное время, мы продолжали обеспечивать во всем передовую роль командиров и политработников, коммунистов и комсомольцев. Каждый понимал, что одно дело — пример, показанный в мирные будни армейской жизни, и совсем иное — в боевой обстановке. Здесь требовались уже не только высокая сознательность и трудолюбие, но и беспредельное мужество, концентрированная воля, осознанное презрение к смерти, каждоминутная готовность человека к самопожертвованию во имя достижения победы над врагом. Через газету «Таманец», листовки, передаваемые по цепи, путем устной агитации мы с первых дней войны пропагандировали героев боев, делали передовой ратный опыт достоянием всех бойцов и командиров.
Наконец, особое значение сейчас приобретала задача воспитания красноармейцев и командиров в духе советского патриотизма, дружбы между народами нашей страны, беспредельной преданности своей Отчизне, ленинской партии, которая стала очень активно пополняться за счет приема в ее ряды воинов, отличившихся в боях. Партийно-политическая работа должна была стать важнейшим средством, обеспечивавшим высокий боевой дух бойцов и командиров дивизии и их моральное превосходство над противником.