— Я вынесу вас на воздух.
Патрульный подхватил Дзы на руки и быстро вышел из комнаты. Он пронёс её по отделу, отдавая какие-то указания. Для Фэй они были белым шумом, как и в целом всё происходящее перед глазами. И, наконец, вынес её на улицу.
Свежий воздух ласкал кожу. Ночь опустилась на город, освещаемая лишь экранами больших высоток.
— Держи, — протянул ей мужчина бутылку с водой. — Тебе надо попить.
— Спасибо, — тихо, почти безжизненно ответила Фэй, для которой бутылка показалась слишком тяжёлой.
— Вот, шоколадный батончик с орехами. Быстро добавит в кровь сахара и запустит организм.
Фэй сидела на скамейке, безжизненно глядя на патрульного и батончик в его руках. Абсолютно не было никаких сил. Она выгорела, словно лампочка, пережив эмоциональное потрясение, не говоря уже голодном обмороке.
— Когда ты ела в последний раз?
— Вчера? — тихо и неуверенно произнесла Фэй, откусывая шоколадку. Ей действительно становилось легче, хотя всё ещё немного мутило.
— А должна три раза в день, — покачал головой мужчина и снял кепку, ероша коротко подстриженные тёмные волосы на макушке.
— Как вы поняли?
— Догадался, — уклончиво ответил мужчина и протянул руку для знакомства. — Кью Воншик.
— Дзы Фэй Фэй.
Тело понемногу приходило в норму, и Фэй наконец посмотрела по сторонам. Они сидели на балконе, с которого открывался красивый вид на город. Облокотившись на спинку широкой скамейки, Кью смотрел вдаль, думая о чём-то своём. На его шее Дзы рассмотрела небольшую татуировку — кадуцей[6]. Такие символы не наносили просто так, особенно в таких организациях, как патруль. Фэй предположила, что он фельдшер в отряде, но всё могло оказаться иначе. Смысл знал, лишь сам Кью. На вид мужчине, казалось, лет тридцать пять, не больше. Он был достаточно симпатичным, глубоко выбритые виски и затылок, делали его вид достаточно строгим, даже чуть отталкивающим. Особенно когда она смотрела на него в профиль. Его левый глаз казался затуманенным, а над бровью тянулся глубокий шрам.
— Йен, — вдруг спохватилась Фэй, заставляя себя оторваться от скамейки. — Он не виноват. Это не он. Это… Что теперь с ним будет?
Девушка обеспокоенно смотрела в лицо патрульному, пытаясь найти решение. Сейчас, как никогда ей нужна была помощь.
— Скорее всего, его отправят на принудительное лечение, чтобы под психотропами выяснить, не врёт ли его альтер эго, — спокойно объяснил Кью, знакомый с подобными процедурами.
— Мне нужно поговорить с детективом.
Дзы была полна решимости. Несмотря на всю бледность и нездоровый вид, она подскочила с места, готовая сворачивать горы. Теперь, когда она, наконец, поняла, кому принадлежит этот озлобленный и холодный взгляд, ещё больше хотела пройти инициацию и вспомнить всё. Но без недостающего пазла, который держал в своей памяти Рен, этого не получится.
Патрульный Кью отвёл Фэй назад. Комната допроса пустовала. Помощник детектива крутился у автомата в коридоре, нервно поглядывая по сторонам. Когда он увидел Дзы, даже немного обрадовался.
— Где детектив Джейрон? Мне срочно нужно ему кое-что сказать, — с ходу налетела на него Фэй, не давая прохода.
— Он сейчас разговаривает с замначальника, — сделал виноватое лицо лейтенант и забрав из автомата кофе, предложил его Фэй.
— Тогда, где Йен? Я могу поговорить с ним? — её большие глаза, смотрели на лейтенанта с вызовом.
— Его увели в камеру и завтра…
— Нет!
Дзы готова была защищать Йена любой ценой. Почему Рен молчал? Почему не сказал раньше? Она бы успела что-то придумать. В отчаянии, взъерошив волосы, Фэй облокотилась на стену, пытаясь привести мысли в порядок. Единственная возможность была упущена.
«Что делать? Что мне делать? Рен… Преследовал свои цели. А что, если это всё специально?..»
— А я могу…
— Фэй, вы никак не можете повлиять на расследование, — с прискорбием сообщил Хинатори и сам порядком устав ждать шефа.
— Но я должна…
Должна принять свою судьбу? Именно так написала ей Тара. Она будто знала, чем всё закончиться. Или с чего начнётся. Выбора не оставалось. Жизнь закручивалась по спирали, вновь проигрывая знакомые события в новой интерпретации.
6
Кадуцей — медицинский символ изображающий стержень вокруг которого обвиваются две змеи, а над ними крылья. В окультизме это символ ключа открывающий предел между жизнью и смертью, добром и злом, тьмой и светом.