– Я не сплю в одежде. Но твоя добродетель, если таковая имеется, со мной в полной безопасности, так что прекрати корчить из себя викторианскую девственницу.
– Ха, у меня-то добродетели побольше, чем у некоторых здесь присутствующих, господин Похититель, – открыла Дженнер ответный огонь.
– Конечно-конечно. Ну же, Куджо[4], не тормози и вытри пену с пасти. Я устал.
Она взглянула в зеркало и увидела, что зубная паста все еще пятнает губы. Смутившись до крайности, быстро прополоскала рот, сплюнула, промокнула лицо полотенцем и вновь устремилась в бой:
– Ну хоть штаны натяни. Не хочу мыть глаза с мылом, если твой крохотный динь-дон случайно вывалится из трусов.
– Не сомневаюсь, ты переживешь, что бы ни сделал мой динь-дон, – спокойно ответил Кэйл. Его глаза блеснули, но Дженнер не смогла определить, хотел ли он рассмеяться или ударить ее.
Кэйл схватил ее за руку и вывел из ванной. Пока она там переодевалась, он успел не только снять штаны, но и выключить весь свет в каюте, кроме ночников, и расстелить постель. От одного вида гладких белых простыней тело нетерпеливо заныло. Не будь здесь Кэйла, Дженнер бы радостно взвизгнула, получив возможность наконец улечься.
– Залезай, – приказал он, подталкивая ее к дальней стороне кровати, подальше от двери в гостиную.
Она слишком устала, чтобы спорить. Ее несгибаемый дух рвался продолжить перепалку, но измученное тело скулило, что если немного не поспать, то сознание просто вырубится. Дженнер молча нырнула между простынями и укрылась одеялом. Кэйл выключил светильник с ее стороны, обошел кровать и лег рядом с ней.
Глаза Дженнер уже сами собой закрывались, несмотря на все усилия впиться в похитителя сердитым взглядом, но распахнулись, как только он схватил ее за руку. Холодный металл защелкнулся на ее правом запястье, затем Кэйл спокойно закрепил второй браслет наручника на своей левой руке и вытянул правую, чтобы выключить свой ночник.
Темнота поглотила их, и Дженнер начала оправляться от шока. Проклятье, он приковал ее к себе! И что же дальше?
Глава 14
ДЖЕННЕР СИЛЬНО УСТАЛА ОТ ДНЕВНЫХ КОЛЛИЗИЙ И НЕДОСЫПА, но нормально выспаться не получалось. Спать прикованной наручниками к другому человеку не очень-то удобно, особенно когда этот другой фунтов на сто тяжелее и при каждом движении утягивает за собой. А самой Дженнер никак не удавалось повернуться по-своему, главным образом из-за пресловутой сотни фунтов разницы. Не получалось сдвинуть Кэйла с места.
Беспокойная дремота – лучшее, на что она могла рассчитывать. На грани яви и сна ей иногда чудилось, будто она снова сидит в баре и переживает минуты знакомства до того, как поняла, кто такой Кэйл на самом деле. Вот он наклоняется к ней совсем близко, и Дженнер ощущает тепло его тела, а потом впервые заглядывает в эти синие-пресиние глаза и чувствует напряжение и тяжесть глубоко в животе. Она уже давно не позволяла никому за собой увиваться, но Кэйл легко завлек ее низким спокойным голосом и чарующими глазами.
Осознание того, что ее элементарно соблазнили, так сильно взбесило, что Дженнер совсем проснулась. Несколько минут неподвижно лежала и смотрела в потолок. От похитителя ее отделяла всего лишь пара дюймов, и она опять чувствовала жар его тела. Как ни противно признавать, но ей нравилось ощущать этот жар. Каким-то образом одеяло и покрывало оказались свалены на пол. Каким таким образом? Как будто перемещение могла провернуть неизвестная третья сила! В мире Дженнер одеяла существовали для того, чтобы в них укутываться, а не чтобы отбрасывать в сторону. Даже притом, что она в пижаме и укрыта простыней, все равно замерзла. Еще бы, на ней же майка без рукавов и руки полностью раскрыты.
С раздражением Дженнер спросонья попыталась подтянуть простыню к шее, но тяжелая рука Кэйла намертво придавила ткань. Злость прогнала последние остатки сна, Дженнер повернула голову и впилась в похитителя прожигающим взглядом, правда, совершенно без толку в кромешной-то тьме.
Она лежала на спине с вывернутой правой рукой. Ладонь которой почти касалась подбородка Кэйла, потому что именно там покоилась его левая рука. И хотела того пленница или нет, но куда бы ни перемещалась его левая рука, следом двигалась и ее правая. А еще кошмарно раздражало ощущение его теплого дыхания на запястье.
С минуту Дженнер пыталась сориентироваться. Тяжелые занавеси перекрывали большую часть естественного освещения, и в комнате было темно хоть глаз выколи. Лишь слабый просвет впереди и справа указывал, где находится открытая дверь в гостиную. Кэйл дышал медленно и глубоко; черт бы его побрал, мерзавец дрыхнул сном младенца.
4
Куджо — взбесившийся сенбернар, загрызший хозяина и еще нескольких человек, из одноименного экранизированного романа Стивена Кинга (в фильме трупов поменьше).