– Какую?
– Повеселее!
– Ну… разве что…
– Пойте! Можете даже выпить вина – старик дал с собой… Пейте. И пойте. Ну, чего ждете-то?
– Припоминаю… Я когда-то начинал учиться в университете… здесь, в Константинополе… Так мы Иоанна Кириота частенько пели…
Глава 8
Константинополь. Зима – весна 1128 г.
Ксенофонт отправился в Рагузу без всяких эксцессов. Быстро, тихо и без лишних глаз. Михаил с Рогволдом лично проводили его в порт, посадили на судно. Заплатили, как и договаривались – не шибко-то много и вышло.
– Барбре – поклон, – людокрад обернулся на сходнях. – Девчонка славная – красива, умна. Жениха ей хорошего…
– Ладно уж. Передадим.
Красивое, с заваленными бортами, судно – неф – вышло в море на всех парусах. Капитан Джованни Беллони хорошо знал свое дело – ветер оказался попутным…
Спокойно все. Благостно. Никто не попытался Ксенофонта убить, никто не помешал разговору. Там, на вилле… Разве что непонятные артельщики, якобы ремонтировавшие дорогу… Так и те куда-то пропали по пути в город…
«А что, сэр Майкл, правильно вы сделали, ограничив круг посвященных лиц! Теперь ясно, что правильно. О Ксенофонте знали только вы сами, сэр, да еще Рогволд с девчонками. Остальные – даже Ермил с Велькой – ни сном, ни духом… Так-то оно так… Но ремонтники? Кто они, откуда, зачем и почему? Больше вопросов, чем ответов. И все же, все же Исидор-кормщик был убит… О нем-то ведь знали почти все. Значит, все-таки кто-то из своих – предатель? Правда, следователь Демид сказал – случайное убийство. Хотели оградить, да спугнули… Так часто бывает, да. В гаванях люд лихой. Что ж, пусть так… Однако расслабляться не надо».
– О чем мыслишь, дружище? – варяг ткнул сотника локтем в бок и передернул плечами. – Ну и погодка! Вон таверна… Зайдем, может быть?
– Зайдем, – откинув капюшон, Миша пригладил мокрые волосы и глянул на серое, затянутое тучами небо.
Погодка и впрямь не радовала, – то выглянет ненадолго солнышко, то зарядят дожди, да еще все время ветер. Что поделать – зима. Здесь, в Царьграде, она разной бывает – то снежной, а то и дождливой. Раз на раз не приходится.
Усевшись, заказали вина с «римскими лепешками» – что-то типа пиццы с мелкими кусочками мяса, оливками и сыром. С пылу-то с жару – вкусно!
– Никифор Дука… – опрокинув стаканчик, тихо протянул Михаил. – Знаешь о нем что-нибудь?
– Как не знать!
– Просвети.
Как Миша и предполагал, Никифор Дука оказался богатейшим местным воротилой, олигархом, хозяином «заводов, газет, пароходов» и всего такого прочего.
– Мастерские у него, земли за городом и в провинциях, – перечислял варяг. – Доля в компании египетских зерновозов… еще поставляет карнакский мрамор и лес из Леванта… Ну и как у всех владетельных князей – слуги, наемники, крестьяне… Этих – немерено.
Все было понятно. Дуки – финансово-олигархический клан, обладающий мощнейшим влиянием и огромными финансовыми ресурсами. Впрочем, не только финансовыми…
– В открытую против них не пойдешь – сожрут! Растопчут и не заметят, – купец покачал головой. – Даже не знаю, что теперь нам и делать.
– Незаметно будем…
– Ну, это понятно… Только бы потом ноги унести!
Рогволд боялся – это было видно. И, что самое плохое, не боялся признаться в своем страхе. Так ведь понятно – кто он и кто Дуки! Совершенно разные весовые категории, если с кем Дукам и равняться, так это с самим императором! Или, там, с киевским князем…
Да уж! Пока все шло в полном соответствии с управленческой наукой – решенная проблема немедленно порождает еще кучу проблем, которые тоже нужно решать, и как можно скорее!
Михайла прикрыл глаза, вспоминая, как в девяностые годы в России выживали простые, обычные люди… Кое-кто из них даже вступал в схватку с олигархами… и выходил… не то чтобы победителем, но – получив свое! Потому что у каждого могущественного воротилы есть столь же могущественные враги! Конкуренты. Враг моего врага…
– А что, кроме Духов, никаких больше семейств нет? Ну, таких же вот…
– А, вот ты о чем, – Рогволд засмеялся и пригладил бородку. – Есть, конечно. Мелиссены, Палеологи, да те же Комнины… Это, если еще провинциальную знать не считать, а они сейчас головы подняли – сам император им благоволит. Еще вина закажем? Подогретого?
– А пожалуй! И пиццу… Ну, этих вот лепешек, ага…
– Любезный, эй, служитель… – сделав заказ, варяг продолжил рассказ: – Все эти семейства, Миша, промеж собой давно в родственниках да в друзьях. Только… с такими друзьями никаких врагов не надо! Подличают, друг против друга воду мутят – за влияние, за власть борются.
3
Иоанн Кириот / пер. С. С. Аверинцева; цитата по книге З. В. Удальцовой «Византийская культура». М.: Наука, 1988.