В «Красной звезде», фронтовых, армейских и дивизионных газетах появились статьи и очерки о боевых традициях, о верности Знамени части и военной присяге, о боевой дружбе и товариществе, о чести и доблести офицера. Воспитание на боевых традициях русского народа не было кратковременной кампанией. Оно являлось составной частью идеологической работы и велось на протяжении всей войны.
На заключительном этапе войны Главное политическое управление сосредоточило усилия политорганов и партийных организаций на дальнейшем улучшении идеологической и организаторской работы. А. С. Щербаков предупреждал нас о необходимости пресекать в войсках зазнайство, шапкозакидательство, не допускать беспечности, напоминал, что враг еще силен. Беседуя с генерал-майором М. В. Краскевичем, выезжавшим с группой офицеров ГлавПУ на 1-й Белорусский фронт, он говорил:
— Посмотрите на месте, быть может, следует обсудить задачи повышения бдительности и борьбы с зазнайством на партийных собраниях?
В те дни в войсках 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов началась подготовка Висло-Одерской наступательной операции, которая имела политической целью завершение освобождения Польши от гитлеровской оккупации, а стратегической — разгром группы армий «А» и выход на рубеж реки Одер, что создавало благоприятные условия для последующего решающего удара по Берлину. Наступлению должны были содействовать также войска левого крыла 2-го Белорусского и правого крыла 4-го Украинского фронтов.
Подготовка к операции впервые велась за пределами Родины, на польской земле, где шла острая классовая борьба между силами демократии и буржуазной реакции. В случае же успешного наступления наши войска выходили на территорию фашистской Германии. Все это надо было учитывать в партийно-политической работе. Мне запомнилась такая деталь. Беседуя с группой работников Главного политуправления, А. С. Щербаков взял в руки том сочинений В. И. Ленина со вложенной закладкой, раскрыл и прочитал:
— «Ненависть к немцу, бей немца» — таков был и остался лозунг обычного, т. е. буржуазного, патриотизма. А мы скажем: «Ненависть к империалистическим хищникам, ненависть к капитализму, смерть капитализму» и вместе с тем: «…Оставайся верен братскому союзу с немецкими рабочими».[95] Нам надо учиться у вождя классовой оценке, партийному определению сущности явлений, — говорил Александр Сергеевич, закрывая книгу…
Обычно Александр Сергеевич цитаты классиков марксизма-ленинизма приводил по памяти, зачитывал лишь в том случае, когда выступал с докладами. И я понял, что том сочинений В. И. Ленина остался у него на столе после работы над каким-то очень важным документом. И это предположение позже подтвердилось. Память у А. С. Щербакова, как уже говорилось, была блестящей. Я часто поражался, что он помнил по имени и отчеству огромное количество людей, с кем хоть раз ему приходилось встречаться, великолепно знал историю СССР, международного рабочего движения и, конечно, историю ВКП(б).
Однажды зашел разговор о Всероссийском бюро военных комиссаров — первом политическом органе в Вооруженных Силах. И он тут же спросил меня:
— На каком съезде партии обсуждался военный вопрос?
Это было неожиданно. Смутившись, я подумал и ответил:
— Если не ошибаюсь, на восьмом, Александр Сергеевич.
— А в каком году был съезд?
— В 1919 году.
— В каком месяце?
— Не помню, кажется, весной.
— Съезд проходил 18―23 марта, можете проверить.
Позднее мы с помощником Александра Сергеевича посмотрели Краткий курс истории партии. Месяц и дата были названы точно.
Наши товарищи из ГлавПУ, приехав на 1-й Белорусский фронт, которым командовал Маршал Советского Союза Г. К. Жуков, убедились, насколько был прав начальник Главного политуправления, говоря об особенностях партийно-политической работы в предстоящей операции. Военному совету и политуправлению фронта приходилось, в частности, много заниматься созданием военных комендатур в гминах (волостях), повятах (уездах) и городах. Эти комендатуры являлись связующим звеном между командованием и местными органами власти. Они активно помогали польским административным и культурно-просветительным организациям, содействовали укреплению дружбы между советскими и польскими людьми. Впервые офицеры ГлавПУ познакомились с работой политотдела управления военных комендатур, созданного при Военном совете фронта. В штате каждой комендатуры имелся заместитель коменданта по политической части. Их подбирали из числа политработников, которые знали польский язык, знакомы с местными обычаями, нравами и традициями, общительных и энергичных по характеру.