По ходу докладов и выступлений А. С. Щербаков задавал много вопросов, вступал в своего рода полемику. Видно было, что Александр Сергеевич встревожен положением со спецпропагандой. С особым пристрастием он расспрашивал В. Е. Макарова и С. И. Пашу о помощи с их стороны спецпропагандистам. К сожалению, и тот и другой смогли доложить немного конкретного. В своем выступлении Александр Сергеевич снова показал образец глубокого проникновения в суть обсуждаемой проблемы. Он говорил:
— Серьезные недостатки в пропаганде на войска противника, вскрытые сегодня на Западном фронте, я уверен, характерны и для других фронтов. Она ведется без должного учета морального облика и политического уровня солдат и офицеров вермахта. Основная их масса растлена Гитлером. Это — смердяковы, если воспользоваться образом, созданным Достоевским. Доказывать им, что они поступают плохо, как это нередко делается в нашей пропаганде, — напрасный труд. Не много среди них тех, кто понимает, что они творят преступления. Лучшее средство убеждения гитлеровцев — сокрушительные удары Красной Армии. Сейчас, пока ходом самой войны немецкие солдаты еще не прозрели, их надо устрашать нарастающими ударами Красной Армии… Воздействовать на них пропагандой силы и мощи СССР, силы антигитлеровской коалиции.[13] В листовках надо писать о том, что наши силы неисчислимы: немцы сделают один танк — мы десять, у них один солдат — у нас десять, у них нефти столько-то — у нас в десять раз больше. Пропаганда должна быть устрашающей, чтобы солдат вермахта почувствовал себя безнадежным смертником. Убеждать немецких солдат, что Гитлер войну не выиграет ни теперь, ни в будущем.
Сделав небольшую паузу, А. С. Щербаков продолжал:
— Надо сильнее, чем это делается, использовать внутренние противоречия между Германией и ее вассалами, противоречия внутри немецкой армии. Это не новый вопрос для нас… С другой стороны, поражение Гитлера под Москвой не может не вызвать недоверия кадровых генералов и высших офицеров к Гитлеру. Таким образом, создается благоприятная обстановка для того, чтобы вклиниться во все конфликты и противоречия, отрывать недовольных от Гитлера… При этом ни на миг не забывать, что наша сила — в правде. Нам незачем приукрашивать действительность, преувеличивать потери той или иной дивизии противника. Бить врага правдой, и только правдой! В ней — залог нашей непобедимости.[14]
В выступлении Александра Сергеевича звучала такая убежденность, что у каждого, кто его слушал, появлялась твердая уверенность в успехе, возникало желание скорее приступить к делу.
В заключение Александр Сергеевич говорил:
— Предоставим право армиям на издание листовок, обращенных к немецким солдатам, так сказать, оперативных листовок, направленных к конкретным противостоящим частям. Но для этого надо знать, кем укомплектована та или иная часть, чем она вооружена… Седьмым отделам и отделениям политорганов надо иметь постоянный контакт с разведотделами штабов и другими полезными для этой цели органами.[15]
Хочется отметить, что М. И. Бурцев и его заместитель полковой комиссар А. А. Самойлов сразу же после заседания Совета подготовили директиву, которая уже 4 июля была направлена в войска. Она отражала основные положения выступления А. С. Щербакова. Седьмые отделения политотделов армий укреплялись кадрами, знающими немецкий язык, им придавались подвижные типографии.
Как уже отмечалось, непосредственное руководство идеологической борьбой с противником возглавил прикомандированный к Главному политическому управлению Дмитрий Захарович Мануильский. Он помог поднять научный уровень постановки и разработки проблем политической работы среди вражеских войск, повысить качество пропагандистских материалов. Достаточно сказать, что листовки стали более содержательными, острыми, раскрывающими неизбежное поражение гитлеровской армии, бесперспективность войны. Да и количество их стало неизмеримо больше.
Забегая вперед, скажу, что действенность спецпропаганды А. С. Щербаков держал в течение всей войны под неослабным контролем. А во время боев по уничтожению окруженной фашистской группировки войск под Сталинградом он лично отредактировал листовку, доложил ее Верховному Главнокомандующему И. В. Сталину и отправил телеграфом членам военных советов фронтов о припиской: «Для немедленного перевода на немецкий язык, напечатания и распространения в кольце окруженного противника». Привожу ее в сокращении:
13
В состав антифашистской коалиции входило 26 государств, подписавших 1 января 1942 года Декларацию о совместной борьбе против членов Берлинского пакта: Германии, Японии, Италии и присоединившихся к ним стран. Эту декларацию подписали: СССР, США, Великобритания, Китай, Австралия, Греция, Индия, Канада, Куба, Норвегия, Польша, Чехословакия, Югославия и другие.