Скромный и вдумчивый член Военного совета 13-й армии генерал-майор М. А. Козлов спокойно, без спешки и нервозности, отдавал указания. Следует заметить, что он всю войну прошел с этой армией и много сил приложил к тому, чтобы она успешно воевала. Вот и теперь, готовясь к операции, Военный совет и политотдел армии, возглавляемый полковником Н. Ф. Вороновым, проделали огромную организационную и политическую работу. Личный состав находился в хорошем боевом настроении, кадры расставлены, резервы подготовлены, боеприпасы, горючее и продовольствие подвезены.
Как и было предусмотрено планом, 26 января 13-я армия перешла в наступление и продвинулась на 6–7 километров. Но какие это были километры! Противник упорно сопротивлялся, наши бойцы выбивались из сил в глубоком снегу, а сильный мороз и метель перехватывали дыхание. Коммунисты и комсомольцы личным примером увлекали воинов на подвиг. Продвигаясь в первых рядах атакующих, многие из них гибли на поле боя, выбывали из строя раненными. Между тем резерв политсостава был небольшим. Генерал А. П. Пигурнов подготовил на имя А. С. Щербакова телеграмму с просьбой пополнить резерв политработниками разных категорий. Поставив подпись, он попросил подписаться и меня.
28 января танковые части 40-й и 13-й армий ворвались на окраины Касторного, а за ними подошли стрелковые соединения. До девяти вражеских дивизий оказались в кольце. Развивая успех, частью сил 13-я и 40-я армии начали создавать внешний фронт окружения и продвигаться на запад, к рубежу рек Тим и Оскол. В ходе операции наши войска продвинулись до 120 километров…
В начале февраля мы вернулись в Москву. Доклад об итогах командировки Александр Сергеевич, как мне показалось, выслушал с интересом. Он задавал вопросы об особенностях партполитработы и в короткий подготовительный период, и в ходе операции, расспрашивал подробности об организации питания воинов во время наступления, о фактах, подтверждающих возросшее влияние идейно-воспитательной работы в войсках. А по поводу телеграммы заметил:
— Надо беречь людей. Это непорядок, когда в первые же дни операции политуправление фронта просит пополнить резерв. Вы тоже на поводу у него оказались…
Просьбу он тогда выполнил, но направил на Брянский фронт не 100, как запрашивалось, а 80 офицеров-политработников.
Зимой 1942/43 года советские войска освободили значительную часть Северного Кавказа, разгромили гитлеровцев на Верхнем Дону, прорвали блокаду Ленинграда. Оборона врага была прорвана на 1200-километровом фронте, и Красная Армия продвинулась на запад от Сталинграда и Кавказа до 500 километров.
Мир восхищался успехами наших войск. В своем послании И. В. Сталину президент США Ф. Рузвельт писал, что подобных достижений армия может добиться «прежде всего решимостью победить противника, невзирая на собственные жертвы».[50] И даже фашистский трубадур Геббельс вынужден был открыто признать необычайную силу советского солдата.
В марте А. С. Щербаков предложил начальникам управлений и отделов тщательно проанализировать партийно-политическую работу в наступательных операциях.
— У нас теперь богатейший опыт организационной и идейно-воспитательной работы, — говорил он. — Практическая ценность его безмерна, если, конечно, мы сумеем его правильно обобщить и сделать объективные выводы. Именно объективные — без самообольщения, без «ура», а критически, с выявлением своих слабых сторон.
Итоги решено было подвести и обсудить в каждом управлении и отделе, а по возможности, и на общем собрании. Начальник Главного политуправления поручил И. В. Шикину, В. В. Золотухину и мне связаться с членами военных советов, начальниками политуправлений фронтов и предложить им провести работу по обобщению опыта в этом же духе.
— Особенно предупредите их о том, — говорил Александр Сергеевич, — чтобы итоги рассматривались с позиций партийной неудовлетворенности… — И он решительно сжал левую руку в кулак, как бы подчеркивая твердость своих намерений.
Все мы немедля приступили к выполнению поставленной задачи. Активную помощь нам оказывала партийная организация Главного политуправления. Надо отметить, что никаких запросов в войска не делалось, чтобы не плодить лишних бумаг. Тем более что наши офицеры сами бывали на различных фронтах и имели возможность обобщить опыт в нужном аспекте.
50
Переписка Председателя Совета Министров СССР с президентами США и премьер-министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941―1945 гг. М., 1976, т. 2, с. 56.