— Как это у вас организовано? — спросил он.
— В управлении кадров есть специальный отдел, работающий почти круглосуточно. Он так и называется — отдел новых формирований. Его возглавляет очень энергичный организатор полковой комиссар Георгиевский Борис Николаевич. Он прекрасно разбирается в людях, авторитетен, избран секретарем первичной парторганизации управления кадров.
— В новых формированиях учитываются те, кто с боевым опытом, а кто без него?
— Мы стараемся расставлять кадры так, чтобы необстрелянный политработник был с командиром, имеющим боевой опыт. Но не всегда это удается: многие командиры пока тоже не имеют фронтовой закалки.
— Но этого принципа надо придерживаться, — сказал Александр Сергеевич.
Позднее он предложил составлять что-то вроде карты-схемы, дающей наглядное представление о сочетании командиров и политработников с боевым опытом и без него. Полковник Георгиевский скрупулезно все это учитывал.
Слушая доклад, Александр Сергеевич заинтересовался системой подготовки кадров политработников. В то время они готовились в семидесяти четырех учебных заведениях и, кроме того, на фронтовых и армейских курсах.
Старший политсостав проходил подготовку в Военно-политической академии имени В. И. Ленина, срок обучения в которой был сокращен до одного года,[6] и переподготовку на Высших военно-политических курсах с 6-месячным сроком обучения. Руководящие пропагандистские кадры готовились в Высшем военно-педагогическом институте имени М. И. Калинина в течение 8 месяцев, журналисты — в Ивановском военно-политическом училище со сроком обучения четыре месяца.
— В первом квартале текущего года, — доложил я, — подготовлено около 37 тысяч политработников. Ожидаем, что к концу 1942 года это количество утроится.
Александр Сергеевич по этой части доклада задавал больше всего вопросов:
— Где вы берете людей на курсы политруков?
— Из действующих частей. Отбираем членов партии из бойцов и младших командиров, хорошо проявивших себя в боях, имеющих высшее, незаконченное высшее и среднее образование.
— А на курсы пропагандистов?
— Из того же контингента, но стремимся отбирать людей хотя бы с небольшим опытом агитационно-пропагандистской работы.
— Учитывается ли специфика родов войск в подготовке политруков?
Я доложил, что политруки артиллерийских батарей, танковых рот, инженерно-саперных подразделений, связи, авиации проходят обучение при соответствующих училищах. Максимум времени отводится на изучение материальной части, тактики действий данного рода войск, уставов, инструкций.
Доложил, что мне довелось быть на выпуске политработников-артиллеристов. Отзывы начальника училища и преподавателей очень хорошие. Они единодушно заверили, что выпускников можно ставить командирами батарей. При необходимости они смогут показать пример отличной стрельбы. Хорошими специалистами выпускаются и политруки другими училищами.
— А отзывы из действующей армии столь же оптимистичны?
— Отзывы политуправлений и наши наблюдения в новых формированиях совпадают: политруки подготовлены неплохо.
— Да, — помолчав, произнес А. С. Щербаков. — За короткое время партия сумела ликвидировать неграмотность и дать большой массе молодежи высшее и среднее образование. Вот видите, как это помогает нам. Что бы мы делали, имея неграмотных или малограмотных? Это — результат культурной революции.
Еще был рассмотрен вопрос о резерве политсостава. Известно, что без резерва кадров вести войну нельзя. С помощью ЦК ВКП(б) мы к тому времени имели в резерве на каждом фронте 150―200 политработников, в армии — 20―30. Кроме того, ГлавПУ РККА на 5 июня имел в своем резерве политработников разных категорий свыше 900 человек.
Но этого было мало.
Я доложил, что мы испытываем большие трудности из-за недостатка политработников, особенно на южных фронтах. Выход один — расширить численность курсантов в существующих учебных заведениях.
Закончив доклад и ответив на вопросы, я попросил А. С. Щербакова выслушать две просьбы.
Во-первых, мы встречали затруднения при подборе начальников политотделов армий, потому что не сумели создать реального резерва на выдвижение. Тут требовалась поддержка начальника ГлавПУ РККА. Иначе политработники, подобранные в резерв на выдвижение, «исчезают» по всякого рода «срочным» боевым потребностям фронтов. Во-вторых, поддержка требовалась и в наведении порядка с номенклатурой Главного политуправления. Нередко бывало так: назначим работника, а через какое-то время узнаем, что он уже на другой должности либо освобожден от работы без нашего ведома. Кое-кто говорил, что попытками навести порядок мы якобы ущемляем права военных советов фронтов.
6
В Военно-политической академии имени В. И. Ленина в 1943 году был восстановлен трехгодичный срок обучения.