– Vous avez apporté quelque chose?[36] – с улыбкой спросила императрица, видя, что Наталья невольно смотрит на свои коробки.
– Votre Majesté! Permettez-moi de vous offrir mes modestes cadeaux de tout mon cœur, à vous et à la grande-Duchesse[37], – произносит она и видит, что глаза присутствующих загорелись от интереса: что за подарки захотела вручить императрице, женщине, у которой есть всё, какая-то неизвестная провинциалка.
И Наталья начинает доставать игрушки, кубики, бродилки вместе с книжками, а также бумажные листы с куклами и одеждой для них. Вряд ли кто ранее дарил такие обычные, но в то же время необычные подарки столь высокопоставленной даме.
Она даже замирает – а вдруг их сочтут простонародными, вдруг их выкинут, и ее вместе с ними. Но видит заинтересованные взгляды присутствующих, в том числе и императрицы.
– Кто это сделал? – спрашивает Роксандра Скарлатовна по-русски, она говорит с приятным южным акцентом.
Вдохнув побольше воздуха, переходя также на родной язык, Наталья начинает говорить:
– Ваше высокопревосходительство! Это сделали мои люди, я только собрала и записала сказки, которые придумал народ. А этих кукол нарисовала моя крестница, Мария Ивановна Иванова, которая живет в поместье в Смоленской губернии.
– Очень интересно, очень, – благосклонно кивают одновременно императрица и Елена Михайловна, они тоже переходят на русский язык.
Елизавета Алексеевна благосклонно смотрит на женщину и завершает аудиенцию опять на родном языке просительницы, но с приятным немецким говором:
– Все, что вы рассказали, очень интересно, мы обдумаем ваши предложения и еще раз пригласим вас. Приглашение вам будет передано.
Наталья еще раз приседает в глубоком реверансе и, не поворачиваясь, задом покидает комнату. И тут наступает откат – руки и ноги дрожат, становится тяжело дышать, женщина готова упасть в обморок – не каждый день приходится переживать такие волнения. Но учительское самообладание вновь помогает – она еще несколько раз глубоко вдыхает и выдыхает, понемногу приходя в себя. Ну что же, можно ехать домой.
Но сначала она почувствовала разочарование – так долго ждать, готовиться, и так мало успеть сказать – вся встреча длилась не более пятнадцати минут. Но потом немного успокоилась – ее приняли, выслушали, заинтересовались идеями, пригласили еще раз – чего еще большего желать! Самое главное уже произошло, встреча состоялась, пусть ей сейчас не поверили, дальше есть надежда, что произойдет развитие идей. Грех жаловаться!
Обратную дорогу Наталья почти не осознала, вновь вспоминая и переживая разговор с императрицей – как держалась, как разговаривала, не нарушила ли правила этикета?
В их временном доме взволнованные друзья встречают ее одним вопросом:
– Ну как все прошло?
Но видя ее состояние, Варвара сначала налила горячего чая и дала какую-то еду, которую она автоматически проглотила.
Только заметив, что Наталья пришла в чувство, они еще раз посмотрели на нее вопросительными взглядами, но тут уж она сама стала рассказывать о пережитом – эмоции слишком переполняли.
Друзья выдохнули и даже потихоньку покричали «ура» – теперь, после того, как они выполнили главную задачу поездки, можно немного выдохнуть и ждать продолжения разговора. Но пока все прилегли отдохнуть – нервное напряжение нуждалось в разрядке. А вечером еще раз спокойно прогулялись по городу, стараясь впитывать в себя запахи, звуки, свет этого чудесного города, знакомого и незнакомого нам. И внутри женщины зазвучала песня композитора Александра Борисовича Матюхина на стихи Осипа Мандельштама, которую она потихоньку напевала своим друзьям, заменив слово Ленинград на исконное название города: Петербург
День кончился долгими дружескими спокойными посиделками – все болтали, играли в лото и домино, пели песни, короче, разряжались после долгого напряженного ожидания, в надежде, что продолжение разговора состоится и будет более продуктивным.
Глава 45. Время разбрасывать камни завершилось
Следующий день Наталья помнила не очень четко – все переживала о неудаче приема у императрицы. Понятно, что она не поверила словам о войне в России – и никто бы не поверил, если бы кто-нибудь об этом рассказал. Идут балы, приемы, войска рассредоточены на своих постоянных местах, все спокойно и размеренно. Здесь, в это время, как и в предвоенном Советском Союзе, если и думали о войне, то о битвах «на чужой территории и малой кровью».
37
Ваше величество! Позвольте мне от всего сердца вручить вам и великой княжне мои скромные подарки.